Литературная Коломна

Евстигнеева Наталья
Поэзия
Произведения Гостевая книга

Счастливый сон

     Коломна
    2001
    
    
    
    
     Путь
    
    
    Зачем я пишу?
    Я хочу найти такое слово,
    Чтобы проникало в глубь сердец,
    Чтоб от старца и до молодого
    Это слово мчалось, как гонец.
    Чтоб оно тревожило, будило,
    И могло убить и возродить,
    Чтоб со всею строгостью судило
    И давало мужество — любить.
    Я хочу вложить живую силу
    В слово, что мучительно ищу,
    Чтобы, если нужно, возносило,
    Иль вонзалось, сродное мечу.
    Чтобы мать у детской колыбели
    И солдат, стоящий на посту,
    И шахтер, и служащий в отделе,
    И кузнец, и пахарь, и пастух, –
    Каждый в сердце нес живое слово,
    Как святыню бережно храня,
    Чтоб была в нем крепкая основа,
    Будто сплав титана и огня.
    Чтобы зло с ним делалось слабее,
    Обретала крылья доброта.
    Чтобы помогало от злодея
    Отличить безвольного крота…
    Чтобы с этим словом невозможным
    Стало все, что связано с войной,
    Чтобы этот мир, такой тревожный,
    Заслонило прочною стеной.
     Путь
    
    Нас было двенадцать, достигших
     заветной вершины.
    Победа кружила нам головы, слезы текли.
    Мы были прекрасны, сердцами чисты и
     едины,
    И очень горды тем, что все-таки это смогли.
    Но эта вершина была лишь
     одной из ступеней,
    Ведущих к небесному храму и светлой мечте.
    И строилось счастье из тех
     драгоценных мгновений,
    Когда устремленность вела
     нас опять к высоте.
    На этой вершине нас ждал,
     улыбаясь, учитель.
    Для каждого был приготовлен
     подарок — сюрприз:
    Двенадцать шкатулок, надписанных
     ярко — «целитель»,
    «Танцор», «композитор»,
     «художник», «поэт», «пианист»…
    И каждый мог выбрать шкатулку,
     согласно желанью,
    Открыть в себе новый талант
     иль Божественный дар,
    Что будет служить на великой
     дороге к познанью.
    Но, видимо, в нас иногда воскресает Икар…
    Я молвила тихо: «Учитель, прости
     мою дерзость.
    За эти дары благодарна безмерно, нет слов.
    Но нет здесь того, что и мне бы
     открыть захотелось, —
    Я с детства мечтала летать
     с вдохновеньем орлов».
    Сидящие рядом толкали меня и шипели:
    «Ты хочешь прогневать учителя?
     Лучше молчи!»
    Открыв свои «ларчики», те рисовали и пели.
    Но я продолжала: «Учитель, прошу, научи!»
    Вокруг все затихли, как будто грозы ожидая,
    И ждали, что скажет учитель.
     Учитель молчал.
    Еще бы мгновение, — я б рухнула,
     горько рыдая,
    Не выдержав этот неистовый общий накал.
    Он медленно встал, подошел ко мне и …
     улыбнулся:
    «Ты хочешь летать? Это очень похвально.
     Учись.
    Я дам тебе знания, силы. Дерзай, тренируйся.
    На это положена будет, возможно, вся жизнь.
    Но кажется мне, что важней ощущенье полета
    Во всем, чтоб ни делал, почувствовать этот
     полет.
    Пускай это песня, любимое дело, работа…
    Душа, окрыленная творчеством, всюду поет.
    Послушай себя. Человеку дано очень много.
    Мечты и желанья всегда
     воплощаются в жизнь.
    И путь к совершенству — и есть
     постижение Бога.
    Трудись вдохновенно, чтоб
     стала творящею мысль.
    Когда победишь в себе
     слабости все и пороки,
    Отбросишь привязки, что тянут
     все время к земле,
    Чтоб мысли и чувства текли
     в устремленье высоком,
    И вырастут крылья.
     Все станет подвластным тебе».
    Он взял меня за руку, мы с ним
     вдвоем полетели
    Легко и свободно, как птицы
     паря над землей.
    В чудесном полете все
     струны души моей пели…
    
    И жить, как летать — это стало моею стезей!
    
    
    
     Единство
    
    Душа моя, не знающая страха,
    Поведай мне, что стало вдруг со мной?
    Я воспарила так легко, как птаха,
    А подо мной, как мячик, шар земной.
    Могу его взять в руки и погладить,
    Прижать к груди, как мать детей своих.
    Мой взор легко приблизится к ограде,
    Осколки детства в память возвратив.
    И ощущенье счастья, беззаботность,
    И свежесть, чистоту и радость игр
    Я впитываю в странную бесплотность,
    Что так огромна, как бескрайний мир.
    И тщетно отыскать пытаюсь тело,
    Которым, как казалось мне, была.
    Армада ощущений мной владела.
    И чувства все я в кокон собрала
    И полетела в вихрях разноцветных
    Среди энергий к свету Божества.
    Как описать в словах тот миг заветный –
    Любви безмерной, счастья торжества,
    Когда слилась с единым Богосветом?!
    И все громады чувств моих при этом
    Казались так беспомощно малы…
    А я ведь их так трепетно хранила.
    Но, может быть, в их святости та сила,
    И мощь моей сияющей волны,
    Что море Бога делает прекрасней!
    Зачем живем? — Чтобы творить тот свет
    Из миллиардов волн. И быть причастной
    К тому, чему пока названья нет…
    
    Возможно, так рождается ЕДИНСТВО!
    
    
    
     Закон совести
    
    К черту законы, дающие
     право на трусость,
    На равнодушие, подлость,
     предательство, ложь.
    К счастью, еще существует
     нетленная мудрость,
    Грузом веков, беззаконий ее не убьешь…
    Пусть государства меняют
     границы, законы,
    Множится опыт историй народов, племен.
    В храмах души раздаются,
     порой, перезвоны.
    Это звучит наша совесть
     в разломах времен.
    Пусть равнодушье весь мир
     оплело паутиной.
    Правда живая трепещет в сетях паука.
    Но и судьба кровопийц
     не бывает завидной,
    Хоть и закон перед ними бессилен пока…
    Совесть звонит как набат
     в позаброшенных храмах.
    Знает она то, что истины не утаить.
    И, спотыкаясь, порой, на хореях и ямбах,
    Рвется она на свободу, чтоб души будить.
    К черту законы, дающие
     право на подлость,
    Трусость, предательство,
     ложь, равнодушье, разврат…
    Только один существует
     закон — это совесть.
    Совесть не будет молчать,
     если ты виноват…
    
    
    
     ***
    
    Я призываю силы света
    На славный бой, священный бой,
    Чтобы очистилась планета
    От грязи многовековой.
    Смерть подлецам и негодяям!
    Смерть всем предателям любви!
    Смерть всем, кто был неприкасаем,
    Полмира утопив в крови!
    
    Отныне нет прощенья трусам,
    Ворам, убийцам тел и душ,
    Коварным, лживым и бездушным,
    Борцам за власть, за «крупный куш».
    Презренье слабым от неверья.
    И время варваров прошло.
    Пусть разлетятся, словно перья,
    Все те, кто всюду сеял зло…
    
    
    Чиста земля да возродится
    И светом озарится мир.
    Пусть никогда не будет сниться
    Потомкам форменный мундир.
    Пусть лишь любовь царит повсюду,
    Творя добро и красоту.
    И пусть планета вечно будет
    В благоухающем цвету.
    
    
    
    
     Упрямец
    
    Когда толпа зевак вопила: «Браво!»
    Один твердил упрямо: «Это бред!»
    И все они, конечно, были правы,
    Но только Он — в веках оставил след…
    
     ***
    
    Вокруг свечи, горящей на столе,
    Клубился легкий дым от благовоний.
    Как в зеркале, дрожали на стекле
    Сведенные в мольбе огня ладони.
    Молитва, сотворенная огнем,
    В ночные окна птицей улетала.
    И никому не ведомо — о чем
    Свеча, сгорая, плакала, шептала.
    И дым касался пламени свечи
    Так нежно, словно был одушевленным.
    Казалось, совершается в ночи
    Причастие, знакомое влюбленным…
    Соединенье дыма и огня
    В таинственном, священном ритуале
    Уж не было загадкой для меня,
    Как будто мне сейчас приоткрывали
    Одну из тайн единства всех стихий
    И силу неземного притяженья…
    Вот так души касаются стихи, —
    И вся она трепещет от волненья.
    
    
    
    
    На этой маленькой земле
    
    На этой маленькой земле,
    Живой частице во Вселенной,
    Пришла пора родиться мне,
    Такой земной, обыкновенной.
    И вдруг увидеть красоту,
    Не удержаться и воскликнуть:
    «О, как прекрасен сад в цвету!»
    Но я боюсь, как все, привыкнуть
    К тому, что вижу каждый день
    Рожденье маленького чуда:
    Как расправляет крылья тень,
    Рассыпав искорки повсюду,
    И золотой волшебный серп
    Всю ночь хлеба златые косит,
    А поутру горячий хлеб
    В мои ладони преподносит
    На алой скатерти зари,
    Где гладко вышиты узоры:
    Леса, озера, пустыри,
    А по краям каймою горы.
    Я знаю, в капельке росы
    Есть миллионы солнц и радуг,
    Они в рассветные часы
    Горят, глаза и сердце радуя.
    Один живой степной тюльпан,
    Как огонек, Вас обогреет.
    Он не привык к людским рукам, –
    В них угасает и мертвеет.
    О, если б каждый понимал
    Природы чувственность живую,
    Не убивал, не отравлял,
    Берег как женщину родную…
    Но плачут ивы у реки,
    Их слезы реки наполняют
    И растопляют ледники,
    И к человечности взывают.
    И погибают сотни птиц,
    И сотни рыб, зверей, деревьев,
    Срывая тысячи страниц
    Из книги жизни нашей древней…
    На этой маленькой земле,
    Живой частице во Вселенной,
    На двух крылах — Добре и Зле
    Летит наш мир несовершенный.
    
    
    
     ***
    
    Пусть время для меня остановилось.
    Так нужно, чтобы что-то осознать,
    Увидеть Божий промысел и милость
    Во всем. И с благодарностью принять.
    Возница правит жизненной повозкой.
    На тряску, качку стоит ли роптать?
    Дорога вьется среди скал полоской,
    Уходит в небо, за мечтой — летать.
    
    
     ***
    
    Я — порожденье тьмы и света.
    Во мне есть рай, во мне есть ад.
    Я — Клеопатра и Джульетта.
    Я тот, кто беден и богат.
    Я — обжигающее пламя,
    И безмятежный холод льдин…
    Я тайна за семью замками:
    Песчинка я и исполин.
    Во мне есть все: и боль, и нежность,
    Любовь и ненависть, и страсть,
    И ураган, и безмятежность…
    Зачем же деньги мне и власть,
    Когда весь мир передо мною,
    Как обнаженный Дон Жуан,
    Что наслаждается игрою:
    Безумен, немощен и пьян…
    Что мне сулят его обеты? –
    Быть замороченной, как все,
    И, полагаясь на советы,
    Кружиться белкой в колесе…
    Я — порожденье тьмы и света,
    Творенье высшее богов.
    И не ищу нигде ответа -
    Откуда я. Мне мало слов.
    Я знаю, вечность предо мною
    Ковром расстеленным лежит.
    Но, окрыленная мечтою,
    Я защищаю право — жить!
    Нет ничего дороже жизни,
    Где свет и тьма, огонь и лед.
    Да не утонет мир в цинизме,
    Что все живущее умрет.
    Умрет. Но вечность не померкнет.
    И человек сильней, чем смерть.
    В своих творениях воскреснет,
    Чтоб вечно гимны жизни петь.
    
    
    
    
     Рождение вулкана
    
    Моя вина, а может быть, заслуга
    В том, что стряслось… рождение вулкана…
    Он спал. И процветала вся округа…
    И вдруг взорвался огненно, нежданно!
    И пепел полетел, в мгновенье ока
    Покрывший города и все живое.
    И лава разлилась рекой широкой.
    Но в этом страшном грохоте и вое
    Мне слышалась мелодия иная,
    Как будто Боги пели гимн рожденью.
    А прошлое, то корчась, то стеная,
    Мешать пыталось радостному пению.
    Вулкан дышал. Он жил! Он извергался.
    И вздрагивали горы то и дело.
    А Бог с высот незримых любовался
    Земным и окропленным лавой телом.
    
    
    
     ***
    
    Можно к духовности вечно стремиться…
    И посещать ни один семинар,
    Но в своей сущности не измениться,
    Попусту тратя Божественный дар.
    Можно жить просто, без разных амбиций,
    Звезды с небес не срывать по ночам,
    Но не сдавать своих твердых позиций,
    Оберегая души своей храм.
    Все так условно. И важность, и святость,
    Прячут, порою, внутри пустоту.
    Внешняя грубость в словах, неопрятность
    Вдруг раскрывают цветок, красоту.
    Белые ночи и сумрачный полдень…
    Не перепутай с закатом рассвет.
    Если твой друг просветленностью болен,
    Дай ему дружеский, верный совет:
    Жизнь — это самый высокий учитель.
    Сразу заметит ошибочный шаг,
    Будь ты грабитель иль благотворитель,
    Серая шейка иль признанный маг.
    Он ситуацию ловко подбросит.
    Выход найдешь из нее — это «плюс».
    Струсишь, и он со всей строгостью спросит:
    «Где твоя совесть, предатель и трус?»
    Важен поступок, а не оправданье
    Слабости духа величием дел.
    Жизнь — это подвиг, борьба, испытания,
    Если достойно их преодолел,
    Ждать бесполезно подарка, награды.
    А поднимайся на новый виток.
    Пусть в честь побед не поются рулады,
    Путь — это поиск. Но важен итог.
    Кажется, все уже сказано, просто:
    Вырастить сына и внука, сады.
    Но мы создали духовного монстра.
    Он оставляет повсюду следы.
    Он объясняет бездушие кармой,
    Трусость, молчанье — смиреньем зовет.
    Он одарит Вас счастливою картой,
    Чтобы Вы больше не знали забот.
    Все это есть. И нельзя ошибаться.
    Строгий учитель поблажек не даст.
    Нужно идти, не робеть, не сдаваться,
    Чтобы затем перейти в новый класс…
    Можно к духовности вечно стремиться.
    Можно жить просто, храня чистоту.
    Важно у пропасти не оступиться,
    Не перейти безразличья черту…
     ***
    
    Благодарю тебя, судьба,
    За то, что ты ко мне сурова,
    За то, что добывая слово,
    Душа трудилась, как раба.
    
    И потому пылают строки,
    И обжигают и зовут.
    Слова, понятные для многих,
    Своей судьбой уже живут.
    
    Они торят из глины вазы,
    Открыв ваятеля талант.
    И превращаются алмазы
    Однажды в чистый бриллиант…
    
    Благодарю тебя, судьба,
    Хоть ты меня не пощадила.
    Я поняла, что жизнь — борьба,
    А в человеке скрыта сила,
    
    Что может мертвых воскрешать
    И убивать мгновенно взглядом,
    Стихии словом укрощать,
    Быть эликсиром или ядом.
    
    Благодарю тебя за то,
    Что я узнала счастью цену,
    С волненьем выходя на сцену…
    За море пламенных цветов.
    
    Благодарю тебя, судьба,
    За грамм любви, но настоящей,
    За миг безумный и парящий,
    Рождавший крылья из горба…
    
    Благодарю за то, что сердцу
    Ты не дала окаменеть.
    Не позволяя, как корейцу,
    На мир прищурившись смотреть.
    
    Спасибо за сынов и дочек.
    Я вижу в них грядущий свет,
    Что, прорываясь между строчек,
    Горит, как ярких звезд букет.
    
    
    
    
     ***
    
    Мы все пришельцы из других миров,
    Такие разные и все неповторимые.
    Нам не хватает всех известных слов,
    Чтобы понять, какие мы счастливые, –
    И собрались на лучшей из планет
    Не для того, чтоб сеять зло и войны,
    А для того, чтоб донести тот свет,
    Которого живущие достойны.
    Чтоб воплотить сегодня на Земле
    Все лучшее — со всех миров по нитке.
    Смотрите же в грядущее смелей,
    Не прячьте свои добрые улыбки.
    Не забывайте главного — зачем
    На Землю в это время нас послали,
    Напоминайте каждому и всем,
    Чтоб тоже никогда не забывали.
    
    
    
     Две жизни
    
    Так получилось, что рожденье
    Мне дважды послано судьбой.
    Одно — начало, воплощенье
    Меня как женщины земной…
    И с первым криком, первым вздохом
    Я приняла нелегкий крест.
    И, как бы ни было мне плохо,
    Держала курс на Эверест.
    И год за годом, час за часом
    Все постигала суть вещей,
    И, оставляя класс за классом
    И дорогих учителей,
    Все шла к своей заветной цели —
    Законы вечности постичь,
    Пока в расплавленном апреле
    Не оборвалась эта нить…
    Нелепо, глупо и внезапно…
    Как переход из света в тьму.
    Вернуться из нее обратно
    Непостижимо одному.
    И за меня боролись долго
    Друзья, родные и врачи.
    И жизнь казалась мне осколком,
    Огарком тающей свечи…
    Да, было время поразмыслить,
    Пересмотреть весь прошлый путь,
    И сквозь заоблачные выси
    На жизнь по-новому взглянуть…
    И вот тогда случилось чудо, —
    Вернулись силы ниоткуда.
    И самый трудный первый шаг
    Был сделан. И растаял мрак!
    Как будто в долг мне дали время,
    Но знаю, спросится вдвойне
    За обе жизни, два рождения…
    И не простят ошибок мне.
    
    
    
     Танец с огнем
    
    Бешеный ритм. И, волнуясь,
     заводится тело.
    Танец с огнем…
     Это дерзость? Скорее каприз.
    Пламя касается ног моих, рук то и дело
    То обжигая, то, взвившись, фонтанами искр.
    
    Каждою клеткой я чувствую силу стихии,
    Словно она проникает с дыханьем в меня.
    Руки огня ненасытные, сильные, злые
    Рвутся ко мне, чтоб сильнее и жарче обнять.
    
    Танец с огнем — торжество
     и величие жизни,
    Преодоление слабости, страха в себе.
    Это стремление к свету, свободе, вершине,
    И обретение счастья в прекрасной борьбе.
    
    Танец с огнем — это миг между
     жизнью и смертью,
    Где человек, со стихией сливаясь в одно,
    Сам наполняется плазменной
     силой и твердью,
    И постигает великую мудрость костров.
    
    
    
     ***
    
    Чтобы понять меня, не хватит жизни.
    И много жизней нужно пережить,
    Чтоб разобраться в странном механизме,
    Который Бог в меня решил вложить.
    Читать меня как книгу бесполезно, —
    Все главное сокрыто между строк.
    Я знаю, что когда-нибудь исчезну,
    Как все, как все: когда придет мой срок.
    Я помню запах родины далекой,
    Мелодии и краски, голоса…
    Звезды моей сияющей, высокой,
    Зовущей меня ночью в небеса.
    Сквозь жизни я несу ее дыханье.
    И свет ее во мне, любви моей.
    И у меня есть тайное желание —
    Когда-нибудь опять вернуться к ней.
    Понять меня еще не удавалось
    Ни гениям, ни светочам наук.
    Я много раз на землю возвращалась,
    Чтобы услышать снова сердца стук.
    Ведь каждое биение, как вечность,
    Когда оно исполнено любви.
    И в нем звезды космическая нежность,
    Что наполняя светом, оживит.
    В ней жизнь сама. И я смотрю без страха
    Сквозь будущее. Верю — никогда
    Не будет предрекаемого краха,
    Пока горит, горит моя звезда!
    
    
    
     Тебе
    
    Я чище всех, кого ты в жизни встретишь,
    Хотя молва меня не пощадила.
    На мой портрет уродливую ретушь
    С особенным пристрастьем наложила…
    Как жаждет видеть нищенство — убогость,
    Горбун несчастный — множество горбов,
    Безнравственность — доступность и нестрогость,
    А лжец коварный — правду без зубов!
    Имеет каждый собственную призму,
    И разный звон сердец у всех людей.
    И кто имеет склонность к нигилизму,
    А в ком живет отъявленный злодей…
    Ужели разглядишь под вуалеткой,
    Под маской или черной паранжой,
    Закрытое от глаз железной клеткой
    Все то, что называется душой?
    Но я, поверьте, маски не носила,
    И душу не скрывала под чадрой.
    И в этом, может, истинная сила,
    И полное бессилие, порой…
    Бывает, и сквозь линзы не заметишь,
    Как правду обескровливает ложь.
    Я чище всех, кого ты в жизни встретишь,
    Когда-нибудь, родной, ты все поймешь…
     ***
    
    Проникновенье в тайны бытия,
    В недосягаемое, словно совершенство,
    В прекрасный мир, где только ты и я,
    Соединенья мужества и женства,
    Проникновенье в звездные миры,
    В полете беспредельном, дерзновенном,
    И выход за пределы той игры,
    Где было все земным,
     обыкновенным…
    Прикосновенье к свету Божества
    И таинство великого причастья,
    Восторг любви
     и жизни торжества, —
    Такое ОНО, истинное СЧАСТЬЕ!
    
    
    
     ***
    
    Всем тем, кто никогда не знал любви,
    Мне хочется сказать, как это страшно, –
    Не чувствовать… и тратить дни свои
    На то, что так убого и неважно…
    Какие деньги Вам заменят миг,
    Где Бог и Вы — единое светило,
    Какая власть поднимет Вас на пик,
    Что выше вечности, которая вместила
    Богатства всех бесчисленных миров,
    И мудрость всех существ и поколений?!
    Не стоят наслажденья всех пиров
    Любви бесценных, сказочных мгновений.
    
    
    
     ***
    
    Иногда нужно просто быть рядом,
    Говорить, может быть, ни о чем,
    Согревая заботливым взглядом.
    Легче встретить ненастье вдвоем.
    
    Иногда молчаливое эхо,
    Отозвавшись в душе, как набат,
    Станет первопричиной успеха.
    Верность друга — ценнее наград.
    
    Только друг не позволит, чтоб зависть
    Его сердце пронзила стрелой.
    Друг не бросит в беде, не оставит, —
    Пусть весь мир будет в ссоре с тобой…
    
    Друг обнимет, порой обогреет,
    И подскажет, и больно хлестнет,
    Если нужно. Он и пожалеет.
    Друг один никогда не соврет.
    
    И примчится по первому зову
    Вместе радость и боль разделить.
    Не ищите на счастье подкову.
    Дружбу свято умейте хранить.
    
    
    
    Почему улыбается месяц
    
    Крутится, крутится веретено,
    Ниточка тонкая тянется.
    Месяц задумчиво смотрит в окно,
    Светит мне и улыбается.
    Что он увидел, приникну к стеклу,
    В комнату, глядя украдкою?
    Вот оно, мирно сопит на полу
    Все мое счастье несладкое…
    Он не найдет здесь ковров дорогих,
    Ни хрусталя, и ни золота.
    Лишь по углам вместо ликов святых
    Звезды развесила комната,
    Утром их сменят охапки лучей,
    Солнцем разбросанных с щедростью…
    Может быть, месяц ответит, зачем
    Счастье соседствует с бедностью…
    
    
    
     ***
    
    Счастливый человек не знал печали.
    Он не имел ни дома, ни семьи.
    Когда его друзья не замечали,
    На них не обижался ни на миг.
    Счастливый человек был очень беден,
    Но это не мешало ему жить.
    Он был неприхотлив и незаметен,
    Зато как он умел людей смешить!
    
    
    
    
     ***
    
    Я не хочу, чтоб кто-нибудь другой
    Из слов моих построил замки славы,
    И то, что было выстрадано мной,
    Легко вставлял в различные оправы…
    Мне было б больно видеть, как стихи,
    Закрученные кем-то в карусели,
    Служили б важной даме, как духи,
    Иль украшеньем в комнате висели…
    Они не для того пришли ко мне,
    Чтобы служить очередной игрушкой,
    Чтоб кто-нибудь, похлопав по спине,
    Меня назвал бы, умиляясь, «Душкой»…
    Они как зеркала, чтоб в них глядеть,
    Увидев сразу все свои огрехи.
    Все недостатки победить. Суметь
    Пройти достойно жизненные вехи.
    
    
    
     ***
    
    Я другим не завидую, нет!
    Каждый волен быть сытым, богатым,
    Холостым, одиноким, женатым,
    И давать или слушать совет.
    Я другим не завидую, нет.
    А завидовать мне — это глупо.
    Я не белая кость и не кукла,
    Я душой и призваньем — поэт.
    
    
    
     Суд смешной
    
    Сегодня я устрою суд смешной,
    Поскольку страшным всех уже «достали».
    Всем верным выдам орган запасной
    И на святое место по медали.
    (Тот орган запасной, конечно, сердце… )
    А блудников тащить заставлю грузы
    Всех прошлых их грехов и прегрешений.
    Придется кой-кому ползти на пузе
    К предмету его новых вожделений…
    Дам тем, кто грабит, грабли вместо рук
    И вместо ног. ( такой комбайно — грабик …)
    О, что бы Вы увидели вокруг? —
    Я думаю, картина не для слабых…
    Убийц потенциальных или явных
    Отметила бы поднятой рукой.
    Боюсь, что на известных заседаниях
    Лес рук тогда увижу. И какой!
    У болтунов растила б языки
    Такой длины, какой они заслужат.
    О, были б они очень велики, —
    Как галстуки, а, может, и похуже…
    Завистникам открыла бы глаза. –
    Чем больше зависти, тем
     больше б открывала.
    Сначала это будет стрекоза,
    Затем сплошное глазопокрывало…
    Лжецам я подарила бы рога. –
    Пускай растут на темени обмана.
    Я думаю… надеюсь, что тогда
    Им врать не захотелось неустанно…
    Святых судить не буду. Что за честь?
    Они страдальцы. Мало их, но есть.
    Я им бы подарила оперенье. –
    Пускай летают ангелы спасенья…
    В конце концов, я осужу себя
    За серую тоску и слезолитье.
    Как я могла всю жизнь прожить, любя,
    И лишь сегодня совершить открытие —
    ОН ТОЖЕ ЛЮБИТ!
    
    
    
    Что сказал странник…
    
    Молитвами не замолить греха.
    Он все равно потребует возмездья.
    Все время наблюдают свысока
    Таинственные дальние созвездья…
    Вымаливая Божьего прощения
    Потомкам оставляете свой грех.
    И в час неотвратимого отмщенья
    Невинный покарается за всех!
    Забыли Вы о том, что люди братья.
    И не поймете то, что неспроста
    Вас до сих пор преследует проклятье
    За страшное распятие Христа…
    
    
    
     Богородица
    
    По родимой земле, опаленной войной,
    Богородица — Дева идет.
    Но узнать и понять ее зов неземной
    Не умеет усталый народ.
    Он устал от невзгод, от пустой суеты,
    От бесплодной работы своей.
    От убогости жизни и от нищеты,
    И от войн многоликих церквей.
    От насилья устал, от посылов пустых,
    И от всех бесконечных потерь.
    И, молясь на печальные лики святых,
    Он стучится в закрытую дверь.
    Над Россией, страдалицей милой моей,
    Лучик веры зажегся во тьме.
    И вокруг стало чище, теплей и светлей
    На родимой моей стороне.
    То на землю сошла, чтобы души спасти
    Дева дивная с нимбом из звезд,
    Чтобы веру святую по свету нести
    И ответить на главный вопрос:
    Для чего мы на эту планету пришли
    И что есть человек, его суть,
    Что полезного сделать для милой земли,
    Как найти свой единственный путь…
    Свет любви неземной, что не знает границ,
    Богородица — Дева несет.
    Сеет зерна познаний со звездных страниц,
    И жемчужные песни поет.
    
    
    
     Эти песни
    
    Эти песни, пропахшие потом и дымом костра,
    На другие, рожденные городом, не променяю.
    Пусть иссохшие губы грубы, как земная кора,
    Что растрескалась в зной.
     Я романтиков благословляю
    На дорогу, на поиски новых и верных друзей,
    На последнюю мелочь,
     звенящую скорбно в кармане,
    И на небо, над степью,
     где отблеска нет фонарей,
    Голубую мечту, что всегда
     так безудержно манит…
    
    Город может молчать, город может
     кричать по ночам,
    Потеряться в толпе среди улиц,
     дворов, тротуаров,
    И построить на площади
     призраков призрачный храм,
    И забыться в объятиях баров
     и шумных базаров.
    Но не может он встретить
     зарю из брильянтовых рос,
    Задыхаясь от свежести трав
     и цветов на поляне,
    
    Потому что он в этой стихии не жил и не рос,
    И не знает щемящих
     до боли дорог и прощаний…
    
    И когда, оставляя квартиры, бредем по лесам,
    Чтоб забыться на миг
     от безумно-безумного мира,
    Подчиняясь свободе и алым своим парусам,
    И мерцающим звездам,
     и солнечным ориентирам,
    Понимаем, что истину в серых
     стенах не найти,
    Даже мудрые книги не станут
     источником знаний,
    Каждый должен однажды
     до истины сердцем дойти,
    Выбрав путь испытаний, открытий
     и долгих скитаний…
    
    Эти песни, пропахшие потом
     и дымом костра,
    На другие, рожденные городом,
     не променяю,
    Пусть иссохшие губы грубы,
     как земная кора,
    Что растрескалась в зной.
     Я романтику благословляю!
    
    
    
     ***
    
    Нельзя отнять у нот звучанье,
    Благоуханье у цветка,
    У звезд их тихое мерцанье
    И жажду жизни у ростка…
    Есть нечто вечное, что выше
    Желаний наших, знаний, сил,
    Что мысли, чувства наши слышит,
    Во все творения вложив
    Частицы вечности и света.
    Их не отнять и не убить!
    И тот, кто понимает это,
    Способен сам, как Бог, творить.
     ***
    
    Ничто не стоит в грешной сказке
    Одной Божественной слезы.
    Не жди знамения, подсказки,
    И вифлеемовской звезды…
    Бог есть в тебе. Ищи, разумный!
    И если ты его найдешь,
    Преобразится мир подлунный,
    И ты поймешь, зачем живешь…
    
    
    
     ***
    
    Я звезды трогала руками,
    Я расправляла им лучи.
    Там, высоко, над облаками,
    Свободно дышится в ночи.
    Там нет ни правил, ни кумиров,
    Ни тех, кто прав или не прав,
    Ни страшных чудищ, ни вампиров,
    Ни сногсшибательных забав…
    Там только звезды, как невесты,
    Красивы, искренни, светлы.
    И все их царственные жесты
    И грациозны, и милы.
    Со мною звезды танцевали,
    Касались лучиками рук,
    Но ни на миг не забывали,
    Что им нельзя покинуть круг,
    Сорваться с неба и кометой,
    Оставив на мгновенье след,
    Умчаться песней недопетой
    И потеряться в толще лет…
    Есть у звезды предназначенье, –
    Светить, даря свой тихий свет,
    Бессменно, каждое мгновенье
    Мильёны и мильярды лет…
    Я звезды трогала руками,
    И восхищалась как чисты
    Они, горящие веками,
    Достигнув высшей высоты.
    
    
    
    
    
    
    
    Ни слова больше о войне
    
     Запомни, дочка
    
    Запомни, дочка все до каждой буквы,
    В тех строчках, что написаны войной.
    Запомни, дочка, чтобы знали внуки,
    Победа нам далась какой ценой…
    
    Запомни, как ушел я в сорок первом,
    Чтоб не вернуться больше никогда.
    Запомни, как рвались мужские нервы,
    Когда, освобождая города,
    Мы видели измученных, убитых,
    Повешенных, детей и наших жен…
    И то, что в бане, наглухо забитой,
    Был заживо твой дедушка сожжен…
    Как в доме было холодно и сыро…
    Как на твоих глазах убили мать…
    Как месяц небольшим кусочком сыра
    Висел в окошке и мешал вам спать…
    Запомни, как сбежала из детдома,
    Шла по тайге голодная домой,
    И не нашла уже родного дома…
    Как много перечеркнуто войной!..
    
    Запомни, дочка, все до каждой буквы,
    Хоть прошлое и больно ворошить,
    Запомни это, чтобы нашим внукам,
    Не довелось такое пережить…
    
    
    
     Молчание
    
    Девушку садистски убивали,
    Не в кино, на площади Моздока.
    Смерть всегда нелепа и жестока,
    Но к такой привыкну я едва ли…
    Кучка обезумевших подонков
    Издевалась над своею жертвой,
    Словно волчья стая над ягненком,
    Знать, она была у них не первой…
    Думать не могу без содрогания,
    Что неторопливо, хладнокровно
    Совершалось это злодеянье,
    Скрытое от глаз ночным покровом.
    Дом стоял, навек остолбеневший.
    Как он не потрескался от боли!
    Страшный вид несчастной потерпевшей
    Мог бы сердце разорвать любое.
    Но светили звезды в небе синем,
    Безучастно ко всему висели.
    Может, были в шоке вместе с домом? –
    Сжечь убийц лучами не успели…
    Отчего молчали телефоны?
    Иль они от страха онемели?
    Жизнь еще теплилась в слабом теле:
    Слышались всю ночь глухие стоны.
    Окна, что горели, не ослепли,
    Глядя, как глумятся изуверы?
    Или в них сгорело все до пепла,
    
    Раз ничьи не отворились двери?
    Не пришла на помощь к ней защита:
    До утра валялось возле ели
    Сильно окровавленное тело
    В рваных ранах, ссадинах, ушибах…
    Стены! Вы от воплей не оглохли?
    Не сошли с ума, не развалились?
    Или языки у всех отсохли?
    Как же жить, скажите мне на милость?!
    Может быть, мужчин не стало больше?
    Новой жертвой станут наши дети?! —
    Враз молчанье орденом отметят
    Новой Ферганы, Баку иль Оши…
    Ничего с тех пор не изменилось.
    Площадь от стыда не покраснела.
    И лицо вождя не исказилось,
    Только чуть заметней почернело.
    Дом стоит на прежнем своем месте,
    Не упал от жуткого молчанья.
    
    Ах, мещане, взять бы вас всех вместе,
    Да встряхнуть, крича в лицо отчаянно:
    «Что ж со всеми вами происходит?
    Есть ли что-то, то, что вас разбудит?
    Вы же не бесчувственные зомби,
    Вы же люди, люди,
     Вы же люди!..»
    
    
    
     Слово брата
    
    «Когда под куполом державы
    Знамена вновь взмывают ввысь,
    Во имя подвигов и славы,
    Хоть на мгновенье — оглянись.
    Следы истории сурово
    Пробороздили степи лет.
    Мне б не хотелось, чтобы снова
    Никто не смог найти ответ:
    «За что? Зачем? Какого хрена
    погибли мальчики в боях?»
    И вновь в лицо глядит измена
    Самодовольных жирных рях…
     Лились рекою капиталы
    В бездонный алчности карман
    Под скрежет рваного метала,
    И запах смерти, вопли ран…
    И презирая слово «трусость»,
    Не пожелаю никому —
    Лежать в вагоне среди трупов
    И тлеть, сподобившись дерьму…
    Патриотизм… Какая сволочь
    Святыню смела замарать!
    Война… Осталась только горечь, —
    Нас посылали умирать!
    Не воевать! Незримый призрак
    Врага витал над всей войной…
    Казалось, миг победы близок. —
    Но вновь приказ был.. к отступной…
    И вся бессмысленность сражений
    Легла на плечи юных вдов
    И матерей… Из всех селений,
    Станиц, поселков, городов…
    Глядит как пропасть, будто бездна,
    Одна огромная беда.
    И утешенья бесполезны.
    Понять не в силах никогда
    Ни обезумевшие вдовы,
    Ни материнские сердца, —
    Зачем судьба к ним так сурова,
    Зачем те войны без конца?..
    И если вновь нарядный смокинг
    Держава сменит на мундир,
    Отдай свой голос в пользу водки
    И подними стакан — за мир…
    Не обольщайся орденами.
    Война — на то она война,
    Чтоб переспать, как стерве, с нами
    И соки выкачать до дна…
    Ее прельщают только «мани».
    Ей все равно: что жизнь, что смерть…
    И вновь, и вновь она обманет,
    Лишь только б взять, да поиметь…
    А после вышвырнет на свалку,
    Как будто мусор или хлам.
    Я видел у войны изнанку,
    Поскольку пережил все сам.
    И никому не пожелаю
    Пройти те адовы круги.
    … Решил служить… Не возражаю…»
    
    Стихали нервные шаги.
    Брат уходил. Да, слово брата —
    Как будто лезвие ножа.
    Но ведь страна не виновата,
    Что рана так ее свежа…
    Но долг мужчины — быть мужчиной,
    И защищать, и охранять.
    За Русь великую обидно…
    Но ей без нас не устоять!
    
    
    
    Мороз не напрасно лютует…
    
    Мороз не напрасно лютует и злится,
    Аж пальцы немеют в двойных рукавицах,
    Белеют носы на обветренных лицах,
    И мерзнут, и падают замертво птицы…
    Мороз не напрасно лютует и злится,
    Знать, злу суждено было где-то случиться.
    Кто в ссоре, не хочет никак примириться.
    И кровь продолжает по-прежнему литься…
    Мороз не напрасно лютует и злится.
    И льдом недоверья покрылась столица…
    Но, может быть, что-то должно измениться?
    Иль скоро на свет должен гений явиться?
    Мороз не напрасно лютует и злится!
    
    
    
     ***
    
    Они сидели за столом
    И обнимались, словно братья,
    Борясь с закуской и вином,
    Напрасно времени не тратя.
    Один — чеченец — боевик,
    Другой — из органов. И что же?
    Они решали в этот миг,
    Как обыграть все «подороже»,
    Кого подставить в этот раз,
    Чтоб было не к чему придраться,
    Чтоб не нарушен был приказ,
    И, как всегда, «сухим» остаться…
    Они решали все легко,
    Списав досрочно чьи-то жизни,
    Ведь речи все — для дураков
    О чести, совести, отчизне…
    И заключили тем с судьбой
    Довольно выгодную сделку, —
    Пусть подставляется другой,
    Кто может мыслить слишком мелко…
    А завтра снова будет бой.
    И примет госпиталь ребяток, —
    Кого с оторванной ногой,
    Кого со множеством заплаток…
    Кому-то меньше повезет, —
    В бою за Родину погибнет…
    А у кого-то в банке счет
    Высот немыслимых достигнет…
    
    
    
     Страшный сон.
    
    Вчера приснилась ночью мне война,
    Настолько явно, и настолько зримо,
    Что ужас испытала я сполна,
    Как будто повторилась Хиросима…
    Я помню, нарастал тяжелый гул,
    Летели самолеты черной тучей.
    И с ног сбивая, сильный ветер дул.
    И я уже не знала, что же лучше:
    Скорее забежать в ближайший дом
    Со всею ошалелою толпою,
    Или остаться вкопанным столбом,
    И встретить царство вечного покоя…
    Я видела вдали смертельный гриб,
    Что к небу поднимался, прорастая.
    И слышался во всем предсмертный хрип.
    И ликовала всласть воронья стая…
    Запомнился мне плачущий старик, —
    Его лицо от слез блестело влажно,
    И душу разрывавший детский крик:
    «Бежим скорее, мамочка, мне страшно!»
    И я, уже очнувшись ото сна,
    Лежала еще долго, будто в шоке,
    И сердце колотилось, как блесна,
    Играющая в бешеном потоке.
    Но осознав, что это только сон,
    Ношу в душе я вечную тревогу.
    Молюсь, чтоб никогда не сбылся он
    И Совести, и Разуму, и Богу…
    
    
     ***
    
    Россия черное одела
    Легко, торжественно и чинно,
    Как будто траур по мужчинам,
    Что погибают то и дело…
    Стал черный цвет сегодня моден.
    На встречах и на торжествах
    Всегда уместен и угоден,
    Не вызывает скорбь и страх.
    И чересчур черны, угрюмы
    Весною улицы, дворы.
    От черных платьев и костюмов
    Мрачнеют свадьбы и пиры.
    Но все вокруг как будто рады
    Принять правленье черноты.
    Все чаще мрачные наряды
    Пятном зияют из толпы.
    Уже не скорбь, а счастье, радость
    В союзе с мрачностью и тьмой.
    А, может, правда не осталось
    В стране и краски-то иной?
    Не просто дань сегодня моде,
    А отраженье душ людских…
    Цвет черный при любой погоде
    Заметен более других…
    
    
    
     ***
    
    Солдаты едут воевать
    В Чечню, за доллары, конечно…
    Им, если честно, наплевать,
    На все морали в мире грешном.
    Сейчас задача их ясна, —
    Чтоб привезти побольше денег.
    А эта чертова война
    Им, как и впрочем всем, «до фени».
    Солдаты едут воевать,
    Меняя свой паек на водку,
    Уж пить-то им не привыкать,
    Сменив всего лишь обстановку.
    А ночью — вопли, грохот, крик,
    Орлы летают «хором» с полок,
    Создав при этом половик
    Из тел храпящих, полуголых…
    Уже в вагоне получив
    При этом первые раненья,
    Что не влияло на разлив,
    И на все прочие явленья…
    Себя-то им не обмануть,
    Ища сочувствия во взглядах,
    Стуча себя при этом в грудь,
    «Лапшу развесив» о наградах…
    Ведь дома мамка — инвалид,
    И сам три года без работы.
    
    Душа-то бедная болит.
    А «как люди» всем охота…
    
    Да что нам, бабам, объяснять,
    Что хлеб сегодня стал дороже…
    И надо что-либо менять…
    Что выживаем — кто как может…
    
    Солдаты едут на войну,
    Которой нет конца и края.
    И кто же знает, почему
    Все это терпит Русь святая…
    
    
     ***
    
    Забудем условности мира,
    Кто друг, а кто враг, кто чужой…
    Пускай не решает секира,
    Кому расставаться с душой…
    
    Давай у костра, как и предки,
    Присядем, на звезды смотря,
    И будем подбрасывать ветки
    В огонь, радость жизни даря…
    
    
    
     ***
    
    Повесился… А в чем причина?
    Причины видимой и нет.
    Красавец, молодой мужчина,
    Ушел в расцвете своих лет…
    Прошел Афган, в Чечне был дважды,
    Не трус, не хлюпик, не подлец.
    И жил в достатке, как не каждый,
    И вдруг — петля… такой конец…
    А мне понять его не сложно. –
    В Чечне прозреешь без труда.
    Течет у каждого под кожей
    Живая кровь, а не вода.
    И человеческое сердце
    Принять не может этот бред —
    Чтоб видеть варвара в чеченце,
    И символ всех грядущих бед…
    И убивать детей и женщин,
    Чтоб только выжить самому…
    В войне мильён противоречий,
    Что не постигнуть никому…
    Война вытряхивает душу
    До дна, звенящей пустоты…
    Она и в мирной жизни душит
    Всех тех, кто с нею был «на ты»…
    И даже щедрая приманка
    От потрясений не спасет.
    Войны печальная изнанка, –
    Она всегда предъявит счет.
    
    
    
     ***
    
    Война, расправив свои плечи,
    Сидит на троне до сих пор,
    И убивая, и калеча,
    И беспристрастен ее взор…
    И едут вновь в командировки
    Десятки «свеженьких» мужчин.
    А у нее свои уловки
    И сотни правил и причин,
    Чтоб удержать и позабавить,
    И дать войти во вкус побед,
    Потом как будто переплавить, —
    Тогда назад дороги нет!
    Война впивается клешнями
    Смертельной хваткой упыря —
    Вином, путанами, деньгами,
    И пустоту взамен даря.
    И едут в поезде красотки,
    Чтоб «подработать» на войне,
    Где много денег, много водки,
    Да и наркотики в цене…
    Там есть, где мрази разгуляться,
    И, разрастаясь, процветать,
    Да и чему здесь удивляться, –
    Уже на всем ее печать.
    Война, расправив свои плечи,
    Сидит на троне до сих пор.
    Конца не видно этой сече,
    Несущей горе и позор…
    
     ***
    
    Зачем война идет на белом свете,
    Когда земля ждет пахаря, зерна,
    И солнце нежно — ласковое светит,
    И царствует красавица весна?..
    Зачем война, когда весь мир ликует? –
    Любовь коснулась птиц, деревьев, трав.
    И лютый зверь теперь уж не лютует, –
    Он ждет любви, и он, конечно, прав…
    Зачем война, когда сама природа,
    Как будто просыпаясь ото сна,
    Все существа разбила на два рода —
    Мужской и женский, где любовь одна…
    Зачем война? И что, безумцы, делим?
    Нет ничего дороже жизни! Нет!
    И для какой такой великой цели
    Воюем уже целых десять лет?
    Зачем война, когда любви так мало,
    И без нее. Куда ни посмотри,
    Как будто доброты совсем не стало,
    Грубим друг другу, ссоримся, сорим…
    Уж коль болеть — любовью, не войною,
    Чтоб создавать, творить, не разрушать!
    Как пахнет воздух раннею весною! –
    Пора любить и грудью всей дышать.
    Зачем война? Ужели невозможно
    Оставить эту страшную игру?
    Уж коли делать что-либо серьезно, –
    Всего лишь быть на жизненном пиру!
    
    
    
    Ни слова больше о войне
    
    Ни слова больше о войне.
    Она вниманья не достойна.
    Я говорю о ней спокойно,
    Пусть все внутри кипит во мне.
    Ни слова о смертях и горе,
    И о трагедиях людских.
    Над миром полыхают зори
    Всем потрясеньям вопреки…
    За три серебряных монеты
    Когда-то продали Христа.
    И на распятье неспроста
    Сегодня Русь и вся планета…
    И если мир не содрогнется
    От всей продажности своей,
    То завтра станет черным солнце
    Для всех отцов и матерей.
    Ни слова больше о войне.
    Она, как все, имеет цену.
    Не нужно быть на самом дне,
    Чтобы почувствовать измену.
    Она не та, она не то,
    Что всем на блюдце преподносят.
    И хочется презренье бросить
    В ее звериное лицо.
    Она ни слова не достойна.
    О ней я лучше промолчу.
    Пусть будут прокляты все войны!
    Я миру лиру посвящу!
    
    
     ***
    
    О, человек, венец и царь природы,
    Великое творение Отца!
    
    Во имя счастья, света и свободы
    Тебя в сей мир послали небеса,
    Чтобы творил любя, подобно Богу,
    Родную Землю превращая в Рай.
    Тебе, сын Божий, он открыл дорогу.
    Но не забудь себя, не потеряй!
    
    Взгляни вокруг, что «создано» тобою:
    Безумство, войны, ненависть и мрак…
    Отец небесный наблюдает с болью
    Как к пропасти ведет твой новый шаг.
    Очнись, безумец, в зеркале времен
    Себя узнай. Прерви кошмарный сон!
    
    
    
     ***
    
    Поруганная плакала березка.
    Безжалостно топор вонзался в ствол…
    Не сок стекал, казалось, по бороздкам,
    А кровь струилась в девичий подол…
    
    
    
     ***
    
    Опять с набедренной повязкой
    По свету бродит человек.
    То озирается с опаской,
    То ускоряет нервный бег.
    В его набедренной повязке
    Лежат помятые рубли.
    На них он купит, словно в сказке,
    Все то, что душенька велит.
    Он не дикарь. Копье и стрелы
    Давно сменил на пистолет.
    У современного Отелло
    На восемь бед один ответ:
    «Моя супруга Дездемона
    Была мне явно не верна.
    И ночью бросилась с балкона…
    Но это не моя вина…»
    И киллер знает свое дело ,–
    Он лишь исполнит чью-то блажь:
    Супруга ль, босса, иль Отелло…
    Ему плевать, кого продашь,
    Лишь бы в набедренной повязке
    Водилась «зелень» круглый год.
    Нельзя сгустить густые краски,
    Но можно — все наоборот…
    Дитя прогресса, современник
    Так часто в городе большом
    Добычи ради, ради денег
    Все ж остается дикарем…
    
    
    
     Цепная реакция
    
    Как по замкнутому кругу,
    Мчимся мы без тормозов.
    И грубим, грубим друг другу
    От верхов и до низов.
    По привычке первый рявкнул,
    У второго сорвалось,
    Третий так, случайно ляпнул, –
    Завертелось, понеслось…
    У кого-то защемило,
    Закололо, отнялось,
    Где-то екнуло, сдавило…
    А с чего все началось? —
    Первый буркнул на кого-то,
    У второго сорвалось…
    И в итоге отчего-то
    С кем-то что-то вдруг стряслось…
    
    
    
    
     ***
    
    Не нужно говорить о долге, чести.
    Нет чести там, где совесть не чиста.
    И если речь идет о кровной мести,
    Так это вновь — распятие Христа.
    Невинных кровь не будет оправданьем
    Жестокости, не знающей конца,
    Несущей горе, новые страдания,
    И вызывая страшный гнев Отца.
    
    
    
     ***
    
    Я их увидела в Чечне.
    Забыть, как сон, их невозможно.
    Они, как боль, живут во мне.
    И на душе всегда тревожно.
    В них страха не было и скорби,
    Ни лютой ненависти, нет,
    Ни ожиданья, ни тревоги,
    Ни отраженья трудных лет…
    И даже лучика надежды
    Не промелькнуло в них тогда,
    Как будто, облачась в одежды,
    Смотрела на меня беда.
    Без тени горести и гнева,
    Без сожаления потерь,
    Держа в руках буханку хлеба,
    Ни человек уже, ни зверь…
    Глазами страшными, пустыми, –
    Так смотрит бездна или смерть…
    И кровь от взгляда в жилах стынет.
    И можно вмиг окаменеть…
    Я их увидела однажды,
    И не дай Бог увидеть вновь
    Глаза невинно пострадавших
    Российских матерей и вдов…
    
    
    
    
    
    
    
    
    
    
    
    Отверженные
    
    
    
     ***
    
    Мамочка, не убивай меня! Не убивай!
    Не предавай меня
     самой мучительной смерти…
    Сердцем своим мою хрупкую жизнь согревай.
    Ты ж говорила, что радость твоя — это дети…
    Я буду очень послушной и трудолюбивой.
    Буду во всем помогать тебе, только не плачь.
    И постараюсь, чтоб ты была
     самой счастливой,
    Чтоб не старела от разных житейских задач.
    Чуть подрасту, научусь и стирать, и готовить,
    Гладить и шить, убираться
     в квартире, вязать…
    Даже не буду тебе никогда прекословить,
    Чтобы тебе не хотелось меня наказать.
    Я буду самой из самых заботливых дочек,
    Ты не узнаешь со мной ни печалей, ни бед.
    Ты сомневаешься? Да? У тебя есть сыночек?
    … Не убивай меня… Дай мне
     родиться на свет…
    Я ведь все чувствую, мамочка,
     все понимаю…
    И подарю тебе столько любви и тепла!
    Радостным светом все годы твои напитаю.
    Не убивай — ай — ай — ай… меня…
    
    Кажется, я умерла…
    
    
    
     Ничей
    
    Тетенька, возьми меня отсюда,
    Мне здесь плохо тетенька, возьми!
    Погоди, малыш, слезай оттуда.
    Осторожно, вниз не соскользни!
    
    …Он стоял в распахнутом окошке,
    Как птенец, готовый улететь,
    И еще б, еще б совсем немножко…
    Мне так страшно было вверх смотреть…
    
    Он тянул доверчиво ручонки,
    А из глаз бежали ручейки.
    Маленький, беспомощный мальчонка
    На границе гибели почти…
    
    А внизу, под стенами больницы,
    Я его просила: «Ты не плачь!
    Раз болеешь, надо подлечиться,
    Ведь тебе добра желает врач.
    
    Слез? Вот молодец, садись в кроватку.
    Мама после смены прибежит,
    Принесет печенье, шоколадку,
    Только ты немного подожди.»
    
    И тогда, страшней раскатов грома
    Прозвучали детские слова:
    «Тетенька, так он ведь из детдома, –
    Девочки возникла голова, –
    Он давно лежит уже в больнице,
    Я слыхала это от врачей.
    Нам приносят разные гостинцы,
    А к нему не ходят. Он ничей…»
    
    Он ничей! —
    Как выстрел из окошка,
    Словно крик испуганных грачей.
    И неслось безжалостно над крошкой:
    Он ничей!
     Ничей! Ничей! Ничей!..
    
    Нет войны. Нет голода, разрухи.
    Нет от бомб растерзанной страны.
    И давно уже не режет слуха
    Весть о том, что нет в живых родни.
    
    И малыш… который кем-то брошен…
    В этом мирном мире, —
     И ничей!
    Где же та, под чьим он сердцем ношен?
    Спит спокойно в бархате ночей?
    
    Пусть же этот крик ее разбудит
    И как будто молнией пронзит:
    «Мамочка, возьми меня отсюда,
    Мне здесь плохо, мамочка, возьми!»
    
    
    
    
    
    
     Цыган
    
    Вчера перестреляли всех собак.
    Наверное, так нужно, я не знаю.
    У всех бездомных псов одна судьба,
    Какой я никому не пожелаю…
    Но как-то неуютен стал наш двор.
    В нем все на месте: клумбы и скамейки.
    Но грустно сознавать, что с этих пор
    Мой взгляд уже Цыгана не заметит…
    Казалось, ерунда, — дворовый пес,
    Который каждый день встречал у входа.
    Но что-то он в себе такое нес,
    Что не всегда и не везде находят…
    И кличку ему дали неспроста —
    Ему в собачьей жизни было туго.
    И весь он, аж до кончика хвоста
    Был по-цыгански черным, словно уголь.
    За горсть послеобеденных костей
    В своей открытой радости собачьей
    Он преданно облизывал детей
    И защищал от всех собак бродячих.
    Он провожал нас в садик, на завод,
    Встречал у дома, хвостиком виляя,
    И этим проявлением забот
    Соседей наших часто умиляя…
    Мне грустно сознавать, что с этих пор
    Цыгана больше взгляд мой не заметит.
    И сразу неуютным стал наш двор,
    Хоть все осталось в нем на прежнем месте…
    Мне жаль его. И горько от того,
    Что людям этот пес дарил доверье.
    А люди… люди предали его, —
    Увидели не друга в нем, а зверя…
    
    
    
     ***
    
    Если дереву не больно,
    Отчего же сосны плачут
    Темной струйкой смоляною,
    Что в морщинах грубых прячут.
    Если дереву не больно,
    Отчего же сок березы
    Словно горестные слезы. –
    Видя их, грущу невольно…
    
    
    
    
     ***
    
    Прости меня, дед, и прости меня, прадед,
    За то, что мечты ваши втоптаны в грязь.
    Живу я всегда по законам, по правде,
    Порой негодуя, терзаясь и злясь. –
    Мне больно за то, что неся вашу веру
    Сквозь голод, лишенья, уйдя в небытье,
    Вы строили новую светлую эру,
    А мы уберечь не сумели ее…
    
    
    
     Сереженька
    
    
    Что с тобой, Сереженька, ну что ты?
    Что случилось? Ты же весь дрожишь…
    Мама не пришла еще с работы?
    Кто тебя обидел? Ты скажи.
    
    Посреди двора от слез опухший
    Маленький страдает человек.
    И не знают взрослые как лучше
    Успокоить, где найти ответ
    На его недетские вопросы,
    Что тяжелым камнем в сердце бьют:
    «Почему нас с мамкой папка бросил?
    Я же так… я так его люблю…
    Почему?.. ведь он такой хороший,
    А сказал, что больше не прийдет…
    Это правда, правда, дядя Леша,
    Он другого мальчика найдет?..»
    
    Сотрясаясь всем ослабшим телом,
    Он глотает горькие слова:
    «Что же я ему плохого сделал?
    Ну скажите, в чем моя вина?»
    
    
    Но не знает даже дядя Леша
    Где найти единственный ответ.
    Не под силу детям эта ноша…
    Ты не виноват, Серега, нет…
    Разве виноват он, что с рожденья
    Есть живое сердце у него.
    И всю жизнь в минуты потрясения
    И болит, и чувствует оно…
    
    Разве виноват он, что у взрослых
    Раскололось что-то, словно лед…
    В сердце детском от осколков острых
    Эта боль не раз еще кольнет…
    
    И кричит мальчишка, только тише, –
    Голос у него уже осип.
    Жаль, что папка этого не слышит:
    «Пап-почка, в-вернись
     к-ко мне, п-прост-и-и!..»
    
    
    
    Голос Родины
    
    
    
     На посту
    
    У тебя седина на висках,
    А тебе еще нет тридцати.
    Видно, службу в ракетных войсках
    Нелегко тебе, друг мой, нести.
    А когда заступаешь на пост,
    И глаза устремляешь на пульт,
    Понимаешь, насколько непрост
    Твой единственно избранный путь.
    И не кнопок пластмассовых лед
    Ощущаешь ладонью своей. —
    Это аиста плавный полет,
    Это липовый запах аллей,
    И наш маленький садик в цвету,
    Ширь полей и Оки нашей ширь.
    И я знаю, что ты на посту
    Охраняешь наш дом и весь мир.
    
    
    
     Апрельская гроза
    
    Сумасшедшая гроза
    Ворвалась в Моздок внезапно.
    Город мок, всю ночь дрожа
    От глухих, но частых залпов.
    Ливень лил, как из ведра,
    Прижимал к земле побеги.
    И рассыпались с утра
    Абрикосовые снеги…
    
    
    
    Над Коломенским кремлем
    
    Над Коломенским кремлем
    Облака плывут.
    Под малиновым дождем
    Терема растут.
    И встает во всей красе
    С пелены седой,
    Умывается в росе
    Город молодой.
    
    Город древний, город юный,
     город мой,
    Я делю мечты и радости с тобой.
    И люблю тебя, Коломна, все сильней
    За красу твою, за искренность друзей.
    
    Над Коломной купола
    Как огнем горят.
    И звонят колокола,
    И добро творят:
    Наполняются сердца
    Чистотой святой.
    Зеленеют деревца
    Над рекой Окой.
    
    Древним городом своим
    Я всегда горжусь.
    В нем все то, чем дорожим, —
    В нем святая Русь.
    
    Над Коломенским кремлем
    Дождь идет грибной.
    Хорошеет с каждым днем
    Город мой родной.
    
    Город древний, город юный,
     город мой,
    Я делю мечты и радости с тобой.
    И люблю тебя, Коломна, все сильней
    За красу твою, за искренность друзей.
    
    
    
    
    
    
    
    
     Лес
    
    И алой каплей земляники,
    И спелой бусинкой брусники,
    И белой чашечкой груздя,
    Собравшей капельки дождя,
    Встречает лес тепло и щедро,
    Приоткрывая тайники,
    Проводит вглубь, в лесные недра
    Свои послушать родники.
    
    Всегда он рад гостям желанным,
    Всегда внимателен он к ним.
    А сам подобен детям малым —
    И беззащитен и раним.
    
    
    
     Коломна — городок
    
    Звонят колокола над тихою рекой.
    Туманы поднимаются густые.
    И дарит мне рассвет
     старинный город мой.
    И я ему дарю слова простые:
    
    Коломна — городок мой небольшой,
    К тебе я прикипела всей душой.
    И храмы, и сады, и башенки кремля —
    Все это моя милая земля.
    
    Люблю бродить одна по улицам твоим,
    Когда закат тихонько догорает.
    Здесь каждый старый дом
     дыханием своим
    Мне счастья и добра всегда желает.
    
    Здесь дорого мне все — работа и друзья,
    И шепот над рекой склоненной ивы,
    И щедрые леса, и вольные поля,
    И соловьиных трелей переливы.
    
    Коломна — городок мой небольшой,
    К тебе я прикипела всей душой.
    И храмы, и сады, и башенки кремля —
    Все это моя милая земля.
    
    
    
    
     Россия жива
    
    Здесь копья ломались о стены кремля.
    За ними Россия, родная земля.
    Сменяются годы, но в зеркале рек
    Останется память о прошлом навек.
    Что спрятано там, за бойницами стен?
    И сколько красавиц здесь угнано в плен?
    Но тянется к солнцу сквозь камни трава…
    Россия не пала. Россия жива!
    
    Забытые песни народ возродит.
    Поднимется солнце России в зенит.
    И древние стены бойницами глаз
    С надеждой и верою смотрят на нас.
    И верят они — мы должны устоять.
    Ломаются копья о стены опять.
    За нами Россия. Коломенцев рать
    Святыни России встает защищать.
    
    Великие звоны плывут над Окой.
    Рождается песня: строка за строкой, –
    О том, что Россию врагам не сломить.
    От века до века протянута нить,
    Где стены кремля — очевидцы всех бурь
    Небесных дворцов охраняют лазурь.
    И вновь, как молитву читаем слова:
    «Россия не пала! Россия жива!»
    
    
    
     О Коломне я пою
    
    В этом городе из дождей,
    Из церквей и волшебных радуг,
    Из хороших и злых людей,
    Тротуаров, машин, площадок…
    В этом городе я живу,
    И рассветы в пути встречаю.
    И в трех реках душой плыву,
    Запах моря в них ощущаю.
    
    О Коломне я пою,
    В этом городе, в котором я живу,
    И хочу, чтоб расцветал,
     словно сад весной
    Милый город мой…
    
    В этом городе из тревог,
    Из бойниц и подъемных кранов,
    Из прямых и кривых дорог,
    Из развалин и светлых храмов
    Я смеюсь и грущу порой.
    Потому что в нем все смешалось —
    За сверкающей мишурой
    Грустно смотрит в глаза усталость.
    
    
    В этом городе, как везде,
    Грязь соседствует с чистотою.
    В этом городе на заре
    Я мечты о прекрасном строю.
    И мечтаю, чтоб город мой,
    Был исполнен любовью вечной,
    Удивляя всех чистотой
    И теплом доброты сердечной.
    
    О Коломне я пою.
    Этом городе, в котором я живу.
    И хочу, чтоб расцветал,
     словно сад весной
    Милый город мой…
    
    
    
     Южная весна
    
    Ах, эта южная весна,
    Как опьяняющее зелье
    Для чувств нахлынувших тесна
    Груди монашеская келья.
    Когда вокруг земля в цвету,
    Душа как птица ввысь стремится,
    Чтоб на стремительном лету
    Всей красотою насладиться.
    В мой край родной вступает май
    И, словно вырвавшись из плена,
    Все льется, льется через край
    Садов вскипающая пена.
    
    
    
     ***
    
    Весна спешит в мои объятья
    Потоком солнечных лучей.
    И запестрели всюду платья.
    И стало радостней, светлей.
    Цветы, распахнутые настежь,
    Зовут отведать их нектар.
    Они цветут в природной вазе,
    Как будто радостный пожар.
    И в этом пламени хмелея,
    Отдавшись радостной волне,
    Как будто утренняя фея,
    Кружусь в сверкающей росе…
    
    
    
     ***
    
    Два города, как будто два крыла
    Несут меня по жизненным стихиям,
    Где постигая суть добра и зла
    И открывая истины святые,
    Я становлюсь сильнее и мудрей
    И на мгновенье жизненное старше,
    И мягче сердцем и чуть-чуть добрей,
    Открытее и откровенней даже…
    Два города — Коломна и Моздок
    В моей судьбе слились неразделимо.
    Один — мое начало, мой исток,
    В другом — работа, дом, где я любима…
    Мне каждый город бесконечно дорог
    Как хлеб и соль. В них — мой
     душевный порох.
    
    
    
     Осенние мотивы
    
    Пришла пора туманов и дождей.
    Пора забыть о солнечной погоде.
    Неровный клин последних журавлей
    Унес за горизонт печаль мелодий.
    И серой шерстью небо заросло.
    Похожей осень стала на волчицу —
    Глядит сурово, пристально в окно,
    Тоскливо завывает и стучится,
    Срывает листья, ветви обнажив,
    И носится, охапками швыряя,
    То яростно рыча, а то играя,
    И в наших душах что-то изменив…
    Задумчивость приходит, словно гость,
    Заводит разговор об увяданье,
    О том, что бесполезны ожиданья, —
    Уж лет прошедших поспевает гроздь.
    И скоро будет собран урожай.
    Над чашами весов судья склонится.
    Протрет очки и очень удивится,
    Промолвив: «Эту душу можно … в рай.»
    И полетит восторженною птицей
    Душа, пронзая тысячи миров,
    На Родину, что ныне только снится,
    И чей всегда далекий слышен зов…
    
    
    
     Встреча с мамой
    
    Маленькие ручки постарели.
    Возле губ — две узеньких межи.
    А глаза лучисты и свежи,
    И глядят, как в юности смотрели.
    Как голубки, вспархивают веки,
    А под ними синих глаз ручей, –
    Так сияют северные реки
    В озаренье солнечных лучей.
    «Здравствуй мама, мамочка, мой мамчик!
    Наконец-то вместе мы с тобой!»
    Я от счастья прыгаю, как мячик,
    Озорной и желто-голубой.
    И тебя кружу по всей квартире.
    Ты смеешься: «Дочка, отпусти!»
    Никого во всем огромном мире
    В этот миг счастливей не найти.
    На тебя смотрю с благоговеньем,
    Твой ловлю ревниво каждый жест.
    Думаю с глубоким сожаленьем,
    Что я редкий гость родимых мест.
    
    
    
     ***
    
    Я не была здесь ровно десять лет.
    И не могу сдержать свое волнение
    И острое до боли ощущение
    Родной земли, милей которой нет.
    
    
    
     ***
    
    Я эту женщину в морщинах
    Люблю, как только может дочь.
    И так порой бывает стыдно,
    Что я не в силах ей помочь.
    Преодолеть бы расстоянья,
    В охапку взять и увезти,
    Исполнить все ее желанья,
    Сказав: «Любимая, прости…»
    Закрыть глаза на все преграды,
    Что придавили грузом нас:
    Войну, безденежье, шарады,
    Что возникают каждый час…
    И просто быть всегда с ней вместе,
    Глядеть в глаза и говорить
    О том, что эту жизнь, хоть тресни,
    Никто не может изменить...
    О том, что ягода поспела,
    И слаще не было нигде…
    Что тетя Таня постарела…
    О новых выкройках в «Бурде»…
    И раствориться в тихой правде
    Любви, душевного тепла,
    И не понять — чего же ради
    Все годы я себе лгала,
    Ища любви и утешенья,
    И убегая от себя…
    Но, может, вымолю прощения
    У мамы… двадцать лет спустя…
    
    
    
     Мама
    
    Когда приходит человек
    На Землю с новою судьбою,
    Его встречает новый век
    С надеждой, верою, любовью.
    Еще не сделав первый шаг
    По голубой своей планете,
    Он произносит слово так,
    Как это могут только дети.
    
    Он произносит по слогам
    Простое, искреннее «мама»
    И открывает вечный храм,
    Где все любовь до милиграмма.
    Как заклинанье, как пароль
    Звучит над миром, над вселенной
    Простое, нужное как соль,
    То слово необыкновенное.
    
    И сразу вспыхивает свет,
    И освещается дорога.
    И нужный вовремя совет,
    И подоспевшая подмога, —
    Все в слове маленьком одном,
    В нем вся Божественная гамма.
    Горит немеркнущим огнем
    Сквозь все столетья слово «мама».
    
    
    
     ***
    
    Дорогая моя, и любимая,
    Сколько б лет тебе не было — знай.
    Для меня ты как прежде красивая,
    Молодая, как солнечный май.
    Память часто меня возвращает
    В годы детства, счастливый мой край.
    С высоты своих лет понимаю —
    Это был непридуманный рай.
    Я всегда буду помнить мгновенья,
    Когда ты обнимала меня,
    Нежных рук твоих прикосновение
    Было радостью каждого дня…
    Ты с болезнями стойко боролась,
    Сберегая меня от невзгод.
    Помню тихий и ласковый голос,
    Взгляд усталый от многих забот.
    И прости, коль пишу я не часто. –
    Все другие заботы, дела.
    Но за то, чтоб вернуть тебе счастье,
    Я б, наверное, все отдала…
    
    
    
    
    Взрослые дочери
    
    Я хочу, чтобы все повторилось
    
    Ты еще не родился, мой мальчик,
    Но толчками во плоти моей
    Ты стучишься, бесценный калачик,
    Торопясь появиться скорей.
    
    И еще не увиденный мною,
    Не прильнувший к молочной груди,
    Ты согрет моей светлой любовью,
    Я дарю тебе жизнь! Приходи!
    
    Я хочу, чтобы все повторилось:
    Первый крик, первый смех, первый шаг,
    Вновь улыбкой лицо озарилось.
    Над тобою склонясь, чуть дыша…
    
    Ты пройдешь через тернии, муки,
    Чтоб мечты своей видеть полет.
    Но хочу, чтоб запомнил ты руки,
    Пеленавшие тельце твое.
    
    Пронеси их тепло через годы.
    Станешь взрослым, таким, как отец.
    И когда-нибудь вешние воды
    Вспыхнут новою парой колец.
    
    
    
     Взрослые дочери
    
    Дочери, взрослые дочери,
    Как уберечь вас от подлости,
    Лжи и предательств, от горести
    Мира, в котором все — очередь…
    Очередь — стать новорожденной,
    Очередь — стать чьей-то суженой…
    Чья-то судьба — зваться брошенной
    И оказаться ненужною…
    Знаете, в мире неласковом
    Можно увидеть прекрасное.
    А за красивыми масками
    Часто — чужое, опасное…
    Дочери, взрослые дочери,
    Как объяснить вам, что счастье —
    Не подвенечное платье,
    Не увертюра к опере…
    Счастье подобно сверканью клинка-–
    Только блеснуло, и — нет его,
    Скрылось, как солнышко за облака…
    Нет ничего в мире вечного…
    Если любовь — это только боль, –
    Знаете, надо выстоять.
    Завтра судьба даст иную роль.
    Жизнь — это речка быстрая.
    Все утечет. Но нельзя уйти,
    Жизни влепив пощечину.
    Это всего лишь начало пути.
    Рано твердить: «Все кончено!»
    Если бы жизнь не была одна,
    Ею играть бы стоило…
    Выпить всю радость и боль до дна –
    Это достойно воина.
    Жизнь — это счастье, борьба, успех,
    Вызов и поражение.
    Жизнь — это жизнь! И задача всех —
    Жить, как одно мгновение.
    И никогда не терзать себя
    Мыслями о ненужности.
    Как это здорово — жить, любя,
    С верой, надеждой, мужеством!
    
    
    
     ***
    
    Улетая из гнезда родного,
    Дети продолжают свой полет.
    И отсчет уже ведется снова.
    Будущее манит и зовет.
    Расставаться грустно, что поделать…
    Но такие правила игры.
    Пусть летят уверенно и смело
    Дети в неизвестные миры,
    Открывают их и постигают
    Мудрость жизни с каждым взмахом крыл.
    Дети незаметно вырастают…
    Не заметишь, как и жизнь прожил…
    
    
    
     ***
    
    Милые девочки, остановитесь,
    Прежде, чем эту черту перейти.
    Жизнь — это подвиг. Живите, боритесь,
    Чтоб не погибнуть, с ума не сойти.
    Предали вас — это вовсе не повод
    Броситься вниз, чтоб испачкать асфальт.
    Каждый когда-то несдержан был, молод,
    Негодовал, натыкаясь на фальшь…
    Ложь и предательство лучшего друга —
    Все будет в прошлом. Но надо принять
    Боль, испытанья судьбы, без испуга
    Чтоб пережить, уцелеть, устоять.
    Первый урок, даже очень жестокий
    Выучить нужно, ответив «на пять»,
    Чтобы постичь смысл жизни высокий,
    И не проигрывать, а побеждать.
    Девочки милые, милые девочки,
    Все впереди у вас — счастье, цветы.
    Слезы напрасно не тратьте на мелочи.
    Будьте достойны своей красоты.
    
    
    
     ***
    
    Весна пришла. И набухают почки.
    И сердце перебоями стучит
    И оттого, что повзрослели дочки
    И что бессильны иногда врачи…
    
    
    
     ***
    
    Мне кажется, что стала лишь сейчас
    Немного понимать, как трудно маме,
    Которая волнуется за нас,
    Хоть стали мы родителями сами…
    
    Взрослеют дети. Их не удержать —
    Вот неизбежность жизненной дилеммы.
    И каждый день приходится решать
    Все новые и важные проблемы.
    
    Взрослеют дети сложно, как и все.
    Их учит жизнь нещадно и сурово.
    Оглянешься — на скользком вираже
    Осколки счастья зазвенели снова…
    
    И боль детей острее и сильней
    Любой своей невыносимой боли.
    Такая, видно, доля матерей…
    Счастливей нет и горше этой доли…
    
    И с каждой болью делаясь мудрей,
    Я многое простила, осознала…
    И каюсь в том, что матери своей
    Невольно тоже сердце разрывала…
    
    
    
     ***
    
    Известна «верность» Дон-Жуана.
    И вновь в растянутую сеть
    Красотки с жаждою обмана
    Спешат. И будут вновь жалеть,
    Ведь легкомысленность порыва,
    Желанье страсти — полный вздор.
    Его любовь не так красива.
    Страшнее — пустота, позор…
    Вокруг него одни легенды,
    Они заманчивы, как мед.
    К тому ж силен на комплименты,
    К любой душе подход найдет.
    Но стоит лишь попасться в сети,
    Он выпьет, как паук, до дна
    Все прелести мадам иль леди
    И скажет: «Больше не нужна…»
    Конечно, будут возмущенья,
    Призывы к совести навзрыд.
    Но ведь уловки, ухищренья
    Его известны. Знаменит
    Он стал коварством обольщенья.
    Но вновь летят красотки в сеть
    Из любопытства… А прозрением
    Души разбитой не согреть…
    Известна «верность» Дон-Жуана.
    Так будьте ж осторожней впредь.
    Иначе поздно или рано
    Вновь попадете в его сеть…
    
    
    
     ***
    
    Женщина нового века
    Сильной должна быть и смелой,
    Чтоб добиваться успеха.
    Быть не последней, а первой.
    Знать, что в мужчине опору
    Нынче искать бесполезно.
    Признаки есть — очень скоро
    Вид этот вовсе исчезнет.
    
    Честность, порядочность, сила,
    Мужество, долг и отвага…
    Качества эти бумага,
    Может, еще не забыла…
    А для мужчин современных
    Это — музейная редкость.
    Только лишь в старцах почтенных
    Изредка встретится честность.
    
    Жаль, что мужают девчонки.
    Время их делает тверже.
    Смотрят мужчины в сторонке:
    «Кто побойчей, помоложе…»
    Женщины нового века,
    Грубыми стать не стремитесь,
    Может, вам встретится где-то
    Смелый, несказочный витязь…
    
    
     ***
    
    Так просто полоснуть по венам бритвой,
    Разбиться, утопиться, выпить яд,
    Печалясь о судьбе своей разбитой…
    Любимые и близкие… простят…
    Так просто… Если б я умела словом
    Дать прикоснуться к смерти без прикрас,
    Никто б не захотел увидеть снова
    Тот ад, который ожидает вас…
    Так просто! Но от перенапряженья
    Вдруг рвутся струны сердца, нервов, жил…
    Идет борьба за жизнь. Но до спасения
    Уже один из близких не дожил…
    И хлещет кровь из горла без причины.
    И возникает боль из ничего.
    Внезапно распрямляется пружина,
    И — вдребезги мозги… Страшней всего,
    Что дети никогда не понимают,
    Какую боль приносят матерям,
    Когда на карту жизнь свою бросают,
    И ангелов послав ко всем чертям.
    Однажды небо содрогнулось в крике:
    Я поняла, что умирает дочь.
    И нечисть проявила свои лики.
    И рваной раной вдруг разверзлась ночь…
    Как страшный сон. А было все так просто…
    По венам бритвой или выпить яд…
    Никак не отвязаться от вопросов —
    За что же больно так? Кто виноват?
    Закон спросить не вправе с негодяя,
    Толкнувшего на этот страшный шаг.
    Тот продолжает жить — легко, играя,
    Упрятав честь и совесть в саркофаг…
    Но трижды презираю слабость честных,
    Кто бросил жизнь под ноги подлецам.
    Не многие в числе Христов воскресших
    Из тех, кто торопился к праотцам…
    Как просто — убежать, исчезнуть, сдаться
    На радость псам из своры сатаны.
    Труднее жить остаться, не сломаться,
    Наперекор всем силам зла и тьмы.
    Тебе, кто в этот миг стоит на грани,
    Я говорю: «Не смей! Остановись!!!
    Да, очень больно душу подлость ранит,
    Но победить ее способна только жизнь!»
    
    
    
     ***
    
    Не нужно бояться жизни.
    И смерти бояться — тоже…
    Никто на земле не лишний. –
    И это пусть не тревожит.
    Отдай это право Богу —
    Конечные сроки ставить.
    И знаешь — смелей в дорогу!
    И шагу пора прибавить.
    
    
    
     ***
    
    О королевах красоты
    Мечтают все мужчины.
    Им посвящаются мечты
    И дарятся машины,
    Дворцы, брильянты, острова
    И прочие игрушки…
    И я, наверно, не права,
    Но видеть это скучно…
    От обнаженных «королев»
    Меня тошнит, ей богу. –
    Как будто все мы, отупев,
    Дичаем понемногу…
    Дошли до уровня горилл,
    Коль до гола разделись.
    И каждый фирменный дебил
    Увидит в этом прелесть…
    О, королевы, как же вы
    Себя так опустили! –
    Что ниже скошенной травы…
    О главном позабыли…
    Ужели доллар все затмил,
    Убив и все святое,
    А душу взял и заменил
    На невесть что такое?..
    Готовы ползать и лизать,
    Сгибаться, унижаться…
    Кому-то что-то доказать…
    Удачливой казаться…
    На женский пол уже глядят
    Мужчины слишком просто, –
    Как будто можно всех подряд
    Купить за тот же остров…
    Но настоящих королев
    Увидеть очень сложно,
    Полмира догола раздев…
    Купить их невозможно.
    У королевы — гордость, честь, —
    Незримая корона.
    Пока они на свете есть, –
    За Землю я спокойна.
    
    
    
     ***
    
    Дочери уж свадьбы отыграли…
    А казалось, будто лишь вчера
    На свиданье «миром» собирали —
    Нашей светлой юности пора…
    Промелькнули годы, как мгновенье.
    Дети нас уже переросли.
    И порой нахлынет сожаление
    О прошедшем, что уже вдали.
    Кажется, так мало мы успели
    И так много за плечами лет.
    И друзья заметно постарели,
    А кого-то больше с нами нет…
    Незаметно вырастут и внучки,
    И пойдут однажды под венец.
    Так вот «от получки до получки»
    Жизнь проходит, близится конец…
    
    
    
     Вызов
    
    
     Мелочи жизни
    
    Часто я слышу расхожую фразу:
    «Мелочи жизни, все — мелочи жизни…»
    И вспоминаю историю сразу,
    Как из-за мелочи, ссоры, гордыни
    
    
    Рушили стены высокие замков
    И объявлялась друг другу война.
    Как из глубин выползала изнанка —
    Зла, неприглядна, как сажа черна.
    
    
    Из мелочей создается большое,
    Как из песчинок песчаный бархан
    Или пустыня. И в этом покое
    Мелочь уже не доступна глазам.
    
    
    Если однажды в безлюдной пустыне
    Вдруг оказаться не хочешь один,
    Не позволяй прикасаться к святыне
    Даже песчинке, до самых седин.
    
    
    
    
     Андрей гуляет
    
    «Мы повстречались не случайно…
    Я это понял, не дурак.
    Какими жаркими очами
    Смотрела ты сквозь полумрак.
    И я приплыл к тебе за столик,
    Сорил купюрами и пел,
    И пил, хотя не алкоголик.
    И все сильней тебя хотел.
    Мы сорвались из ресторана
    В твое шикарное жилье.
    Как два свирепых урагана
    Крушили и ломали все.
    Летели люстры и диваны,
    Ломались стулья и столы.
    И были мы не слишком пьяны,
    И не скажу, чтоб влюблены.
    Какая к черту Камасутра,
    Она померкла бы тот час
    В той схватке. Но настало утро
    Так неожиданно для нас.
    Когда б не зеркало — не понял,
    Какой нечистый предо мной.
    Себя увидев, чуть не помер —
    Побитый, скошенный, хромой…
    Синяк в полрыла, нос у глаза,
    Не видно уха одного…
    Наверно, слопала, зараза.
    Но, в общем, штучка ничего.
    Я подошел к ней попрощаться.
    Хотя не трус, но обомлел.
    Ведь надо ж было так набраться,
    Чтобы всю ночь с такой потел!
    
    Яга покажется царевной
    Пред этим ужасом войны.
    И не скажу, чтоб очень древней,
    Но чуть покраше сатаны.
    Последней парой комплиментов
    Мы обменялись у двери:
    Учти, подам на алименты…
    Сама такая, отвали…
    
    А возле дома люд толпился.
    «Случилось что-нибудь?» — спросил.
    «Да дом едва не развалился.
    Всю ночь, как бешеный трусил…»
    Я шел, свистел и улыбался.
    Ну что с того, что нет любви?
    Спасибо, что живой остался
    В той дикой схватке до зари…»
    
    Голодный зверь страшней стихии,
    Его напрасно не тревожь!
    Да, были времена лихие…
    Себя в Андрее узнаешь?
    
    
     ***
    
    Он думал — встретил женщину святую,
    К которой прикоснуться даже грех.
    Давя в себе, как зверя, страсть земную,
    До неба превознес такой успех.
    
    А я одну молитву повторяю:
    Пусть на меня обрушится весь грех.
    И я одна всецело испытаю
    Любовь, что он легко делил на всех…
    
    Не мимолетность чистого мгновенья
    Я жажду встретить, а объятий жар.
    Всю силу страсти, светлого горения
    Принять, как самый драгоценный дар.
    
    И если превратилась я в икону,
    Достойную высоких слов, молитв,
    Лишь потому, что нет Наполеону
    Сегодня дела до любовных битв…
    
    
    
     ***
    
    О, если б я так сильно не любила,
    То прокляла бы день и час, когда
    Какая-то неведомая сила
    Меня в твою квартиру привела…
    
    
     Исповедь женщины
    
    Возможно, настоящие мужчины
    Исчезли в недрах вечности давно.
    Где рыцари, Гераклы, исполины? –
    Их образы мелькают лишь в кино.
    А в жизни все воробушки да гномы.
    И не на кого взгляд-то обратить.
    Из множества (не лиц — физиономий)
    Не то, чтоб для любви, — поговорить
    Не выберешь. А жизнь проходит мимо.
    И годы надоело уж считать.
    А хочется любить и быть любимой,
    Иметь свой дом, семью, детей рожать…
    В конце концов, работа — панацея
    От всех проблем. Уходишь с головой
    В нее одну, старея и тупея.
    Ну где ж ты, долгожданный милый мой?
    
    
    
     ***
    
    Не нужно формул и пророчеств,
    Чтобы закон простой понять, –
    Из двух забытых одиночеств
    Любви и счастья не создать.
    Всегда печален результат, –
    Непониманья сущий ад…
    
    
    
     ***
    
    Встретились два одиночества
    С мрачными замками прошлого…
    Разве кому-то не хочется
    В жизни чего-то хорошего?
    Встретились. Новый построили
    Замок — не замок, но дом большой.
    Две недопетых истории
    Стали однажды одной судьбой…
    Счастье сложить — не дрова колоть.
    Создали мир без любви они.
    Если покой обретала плоть,
    Души рвались во все стороны.
    Плакали души и корчились.
    Внешне ж казалось все здорово:
    Не расставались, не ссорились,
    Кажется, даже не спорили…
    Так и прожили б до старости
    Горя и счастья не ведая,
    Может быть, с примесью радости
    Мирно за чаем беседуя.
    Только однажды любовь пришла
    Глупо, нелепо, таинственно.
    И не слепа, и совсем не зла…
    Просто была в ней истина…
    У одиночества в первый раз
    Сердце стучало бешено.
    И поняло оно лишь сейчас
    То, что жила в ней женщина…
    Странные люди — принять любовь
    Стало сложнее сложного.
    И повторяется вновь и вновь
    Запись трагедий прошлого:
    Снова Джульетты глотают яд,
    Сходят с ума Офелии.
    Снова, как тысячи лет назад,
    Гибнут любви империи…
    … И одиночество вновь бредет
    По многолюдным улицам…
    Может быть, счастье свое найдет.
    Может, мечты все сбудутся…
    
    
     ***
    
    Из двух одиночеств не сложится счастье.
    Построиться может лишь замок двоих.
    И будет прекрасным тот замок казаться.
    И только один незначительный штрих
    Все портит. И призраки счастья блуждают
    По замку, где образ любви не знаком.
    И тени тех призраков души пугают.
    А чувства томятся всегда под замком.
    Из двух одиночеств любви не родится.
    И звезды не вспыхнут на небе ночном.
    Дай Бог, хоть однажды, безумно влюбиться.
    Горите все замки, горите огнем!!!
    
    
     ***
    
    Мы придумали расставания —
    Оправдание нашей трусости.
    Увеличили расстояния,
    Чтоб за ними исчезли трудности,
    Чтобы вырвать из сердца прошлое —
    Недалекое настоящее.
    Чтоб поверили дети взрослые
    В ложь, нелепою правдой ставшую…
    Мы купили себе признание
    Нашей ценности, нашей важности,
    А билеты в трамвай желания
    Потеряли в стенах усталости.
    Мы придумали ожидания,
    Научившись прощать бросающих,
    Предающих и убегающих,
    Обрекающих на страдания.
    И поверили в то, что сложится
    Все как надо, по воле случая,
    В то, что доля бывает лучшая
    Лишь в кино. Ни к чему тревожиться…
    И поверили. Все поверили
    В эту сказку — судьбу-разлучницу …
    Да и что мы такого сделали,
    Чтоб могла эта ложь разрушиться?
    Мы придумали расставания,
    Ожидания, обещания,
    Умирания, привыкания,
    Будто верности испытания…
    Мы придумали оправдания
    Очень милой бесчеловечности.
    Это больше, чем наказание —
    Быть в разлуке, исчезнув в вечности…
    
    
     ***
    
    Когда любовь сдает свои права,
    Не в силах больше за себя бороться,
    Теряют смысл высокие слова,
    Тогда за дело мужество берется.
    
    И взваливает груз побед, утрат
    И свежих ран, оставленных любовью.
    Идет вперед. Дороги нет назад.
    И борется с невзгодами и болью…
    
    Есть мужество, которое велит
    Преодолеть все трудности и беды.
    И факелом во тьме оно горит,
    Чтобы достичь вершины и победы.
    
    Есть мужество, что силы жить дает,
    Когда нет сил, когда душа устала.
    Но мужество — и пламень, и полет.
    При всех потерях это уж не мало…
     Глаза любимого
    
    Его глаза — как изумруды.
    В них отразился океан.
    Глаза святого и Иуды.
    Сиянье истин и обман.
    Я в них тону, ища спасенье.
    Они и жизнь моя, и смерть.
    В них страсть, безумство, вожделенье
    И отрезвляющая медь.
    В них есть магнит, что манит в бездну,
    И ад, что гонит меня прочь.
    В них исцеленье от болезней
    И боль, что мне не превозмочь.
    Глаза любимого бездонны.
    Мне утонуть в них так легко.
    Они во мне рождают волны,
    И я парю средь облаков.
    Без этих глаз мне день не в радость.
    А с ними я схожу с ума.
    Во взгляде молодость и старость,
    Сама свобода и тюрьма.
    И, очарованная взглядом,
    Я пью волшебный эликсир.
    Так далеко всегда и рядом
    Непостижимый этот мир —
    Глаза любимого…
    
    
    
     ***
    
    Во мне три тысячи тигриц.
    Они живут в железной клетке.
    И много горлиц и синиц,
    Поющих по утрам на ветке.
    Еще во мне есть ураган,
    Закованный до срока в цепи.
    И очень тихий океан,
    И опьяняющие степи…
    Во мне есть все. Но лишь один
    Достоин к тайне прикоснуться.
    О, мой избранник, господин,
    Дай мне уснуть и не проснуться
    В твоих объятьях, ласках жарких.
    Пусть сон счастливый будет вечен.
    Даруй мне лучшие подарки —
    Из поцелуев каждый вечер…
    
    
     ***
    
    Несчастье — быть прикованным к постели,
    И больше никогда не знать любви,
    Однажды оказаться в дряхлом теле,
    И знать, что ничего нет впереди…
    А счастье — это то, что мы имеем,
    Не ценим, забываем иногда,
    Что с каждым днем немножечко стареем,
    Что годы утекают, как вода…
    
    
    
     Вызов
    
    Ты — варвар, покорявший города,
    Пленявший сотни пленниц и рабов,
    И властный, и удачливый всегда,
    И поражающий толпу игрою слов…
    Ты, перед кем склонялись девы,
    Тебя разгорячая и пьяня,
    Рабыни, куртизанки, королевы…
    Моей любви боишься, как огня?!
    Боишься подойти и прикоснуться,
    Обнять, поцеловать, как тех, других.
    Боишься чувств, что могут вдруг проснуться,
    И, окунувшись, захлебнуться в них…
    Ты полюбил… и, может быть, впервые
    Любовь не телом, сердцем ощутил.
    И подвиги любовные былые
    Как нечто очень мелкое забыл.
    И смотришь на меня, как на икону,
    И молишься, чтоб грех не сотворить…
    А мне так просто снять свою корону,
    И быть совсем земной, любить и жить!
    Во мне есть все. И мир мой безграничен.
    Но я — и плоть, и кровь. Я — человек.
    Мне мир разврата, хаос ненавистен, –
    Он — порожденье нравственных калек.
    Но я могу любить. И недоступность
    Скрывает пламень тысячи костров.
    И женственность, и видимая хрупкость —
    Туман, что прячет тайны всех миров.
    Во мне сокрыты грозы, ураганы,
    И волны океанов и морей.
    А в миг любви рождаются вулканы
    И крики обезумевших зверей…
    Я жажду поединка, чтоб на деле
    Мне доказал, на что способен ты.
    Иль силы твои в битвах охладели,
    И появилась боязнь высоты?
    Прими мой вызов, варвар и повеса,
    И покоритель мира и сердец!
    Хочу, чтоб в битве праведной воскресла
    Любовь, что завещал нам сам Творец!
    
    
    
     ***
    
    Я из касты неприкасаемых.
    Прикоснешься ко мне — умрешь.
    Я из племени презираемых,
    Потому что вскрываю ложь.
    Я ужасна? Совсем бесформенна?
    Но зато я тебя люблю.
    Уничтожена. Опозорена
    Я, приравненная к нулю…
    Я из касты неприкасаемых.
    Я из тех, кто сильней страстей.
    Что-то все-таки здесь неправильно
    В мире призраков и людей…
    
    
     ***
    
    Последняя карта бита.
    И в этот час
    Сквозь вечность глядит сердито
    Судьба на нас.
    Я пью за любовь и верность
    В последний раз.
    Споткнулся о современность
    Седой Пегас.
    И строки разбились об пол,
    Как мой бокал.
    А зритель в ладоши хлопал
    И хохотал…
    Забавно увидеть слезы
    В глазах шута.
    А знаете, у Спинозы
    Была мечта…
    И каждый, кто жил однажды,
    Любил, мечтал.
    Разбился сегодня дважды
    Один бокал…
    Последняя карта бита.
    В осколках дней
    Как прежде, звучит сюита
    Любви моей…
     ***
    
    Я проиграла. Поражение
    Мне, как награду не принять.
    А вот отваги и терпения
    Мне у других не занимать.
    Я проиграла. Суть не в этом,
    Хотя умею побеждать.
    Весна пришла по всем приметам,
    Я ж продолжаю ее ждать…
    
    
    
     ***
    
    Цветы на подоконнике
    Цветут, как ошалелые.
    Раскрыли свои зонтики,
    Как будто глазки белые.
    И смотрят, не насмотрятся
    На все четыре стороны.
    Они как будто просятся
    В миры, что не зашторены…
    
    
    
     ***
    
    Ах, не смотрите на меня
    Глазами кролико-удава .
    Чужое мнение ценя,
    Я утверждаю: «Вы не правы!»
    
    
     ***
    
    О, сударь, мне бы на дуэль
    Вас вызвать. И влепить Вам пулю.
    Вы предали друзей и цель,
    Долги к тому же не вернули…
    Но я, представьте, Вас прощу,
    Не отвернусь, как все, при встрече,
    И никогда не отомщу. —
    Так будет нам обоим легче.
    Когда-нибудь на склоне дней
    Меня Вы вспомните с улыбкой,
    И цель святую жизни всей
    Увы, признаете ошибкой.
    Вы перемените коней
    Еще не раз на переправе,
    И оторветесь от корней,
    Стремясь к богатству или славе…
    Но без меня. Мне не понять
    Таких бессмысленных стремлений.
    И я уйду. Меня догнать
    Не захотите, к сожаленью…
    
    
     ***
    
    Он — тот, кто постоянно признается
     мне в любви
    К другим женщинам…
    Я — та, которая продолжает верить
    Этим признаниям…
    
    
     ***
    
    Я знаю, как больно, когда по живому,
    Как будто ножом, тебя режут словами.
    Я помню дорогу, ведущую к дому,
    Омытую в полночь моими слезами…
    Где черствость и сухость, и непониманье,
    И холод, который страшнее, чем смерть,
    Там корни пускают беда и страданье,
    И кто-то всегда попадает в их сеть.
    Уносятся годы чредой многоликой.
    К чему-то вернуться хотелось бы вновь,
    А что-то сокрыть под плитою гранитной,
    Забыть на десятки и сотни веков…
    Я знаю, как больно, когда по живому
    Вас режут словами, как будто ножом.
    И мир уже видится весь по-иному.
    И добрым словам уже веришь с трудом…
    
    
    
     ***
    
    Я уезжаю в будущее смело,
    Хоть прошлое не хочет отпускать.
    Но мне терять — уже не привыкать.
    Но главное — душа не очерствела.
    А значит, снова будут впереди
    И радости, и светлые мгновенья.
    Зову рассвет: «Приди! Скорей приди!
    Развей мои печали и сомнения!»
    
    
     ***
    
    Ветер листья срывает с берез,
    Обнажая их тонкие ветки.
    И под хохот вагонных колес
    Проплывают дорожные вехи…
    Небо катится прямо с холма.
    Лес вдали вслед за поездом мчится.
    И мелькают в окошке дома
    И чужие, серьезные лица…
    «Разлучить! Разлучить! Разлучить! » –
    Выбивают колеса чечетку.
    Кто их этому смог научить? –
    Повторять так безжалостно — четко:
    «Разлучить!
     Разлучить!
     Разлучить!»
    
    
    
     ***
    
    Любите жен своих. И будьте им верны.
    И не ищите острых ощущений.
    Чтоб чувства не теряли чистоты и глубины,
    Не чахла совесть чтоб от угрызений…
    
    
    
     ***
    
    Нам нужно расставаться иногда,
    Чтобы понять, как дороги друг другу.
    Дорога, что уходит в никуда, —
    Прекрасное лекарство от недуга!
    Как радостно вернуться вновь домой,
    Почувствовать его тепло всем сердцем,
    Понять, какой красивый город твой.
    И на него глядеть — не наглядеться!
    Нам нужно расставаться иногда,
    Чтобы понять, что истинно, что ложно,
    Чтоб никакие беды и года
    Не зачеркнули все неосторожно.
    Нам нужно расставаться иногда…
    
    
    
    
    
    
     ***
    
    Бывают сны, как песни недопетые,
    Счастливые и страшные… пустые…
    Иль как мечты прекрасные, заветные,
    Как фильмы черно-белые, цветные…
    Бывают сны, как говорится, в руку,
    Которые сбываются подчас,
    И могут предвещать беду, разлуку, –
    Все то, что вскоре ожидает Вас…
    Мне сон приснился, будто я летала,
    Свободно, аж захватывало дух.
    А мне сказали, что всю ночь стонала
    И с кем-то разговаривала вслух…
    
    
    
    
    Счастливый сон
    
    Счастливый сон
    
    Чего я жду? О чем опять мечтаю? –
    Мне показалось, будто он влюблен…
    Но, глядя в прошлое, сегодня понимаю,
    Что это был всего лишь чудный сон…
    А сны, увы, сбываются не часто,
    Особенно счастливые. Так что ж?
    Когда в ночную дверь к тебе стучатся,
    Всегда ли это тот, кого ты ждешь?..
    Счастливый сон…короче, чем мгновенье
    Средь вечной, бесконечной суеты.
    Но без него дела, все устремленья
    Мне кажутся не больше пустоты…
    Счастливый сон… Он дал
     мне прикоснуться
    К чему-то необъятному, как Бог.
    Наверно, я должна была проснуться,
    Чтоб выплеснуть его на гребни строк,
    Чтоб дать другим почувствовать, как мало
    Работать и чего-то достигать.
    Чтоб жизнь полнее и богаче стала,
    Нельзя о самом главном забывать.
    …Чего я жду? О чем опять мечтаю? –
    Мне часто снится, будто я летаю
    То над землей, то устремляясь ввысь…
    Но чей-то голос
     все зовет: «Проснись!»
    
    
     Письмо мечте
    
    Я ждал тебя. В далеком Васюганьи
    Пригрезилась мне светлая мечта.
    Искал тебя в сибирской глухомани,
    Исследуя все новые места.
    В лесах дремучих и песках сыпучих,
    В глухих болотах я тебя искал.
    Вдоль рек глубоких, на высоких кручах,
    И продираясь среди голых скал…
    Я ждал тебя. В суровые морозы,
    Когда луна висела в сизой мгле,
    Когда от стужи лопались березы,
    Увидел милый образ на стекле…
    Я ждал тебя. Учась уже в Тюмени,
    Я слышал, как шептала мне Тура,
    Что время пронесется, как олени,
    Но встретиться с тобою не пора…
    Потом уже в степях у Балатона,
    В Австрийских Альпах я тебя искал.
    Под звуки старомодного чарльстона
    О встрече той единственной мечтал.
    Была война. Вокруг рвались снаряды,
    Но смерть меня застигнуть не могла.
    Я чувствовал, что ты со мною рядом,
    И, может быть, мне выжить помогла…
    Но я тебя не встретил в Будапеште,
    Ни в Дрездене, ни в Праге не нашел.
    Но верен был мечте своей, как прежде,
    И в поисках тебя все шел и шел…
    Когда в послевоенную годину
    И в ясный день, и ночью при луне
    Искал тебя, задеть рискуя мину,
    Бродя в лесах, — не встретилась ты мне…
    В Азовских плавнях и урманах диких,
    В степях кубанских и на Иртыше
    Людей встречал я много разноликих,
    Но ты одна жила в моей душе.
    Я очень долго ждал тебя и верил —
    Не встретиться с тобой мы не могли.
    Уже полвека мне Господь отмерил…
    А ты росла в неведомой дали…
    И вот, когда уже, казалось,
    Пора пристать к причалу кораблю…
    Тебя увидел!
    Что же мне осталось? –
    Сказать, что я тебя всю жизнь люблю.
    
    
    
     ***
    
    Я беспредельно тебе верю.
    Я так устала от потерь…
    Закрыла уши, окна, двери.
    Одним тобой живу теперь.
    Но как же страшно ошибиться,
    Понять, что это лишь обман,
    По сумасшедшему влюбиться
    В мираж, в предутренний туман…
    
    
     ***
    
    Одни звезды гаснут. Другие зажигаются.
    Одна любовь умирает, и ей на смену
    Приходит другая, новая,
     более яркая и сильная.
    Это неизбежно…
    
    Любовь, что не взаимна, угасает,
    Как увядает без воды цветок.
    И лишь любовь счастливая рождает
    Пронзающей тела и души ток,
    Дает начало жизни новым звездам,
    Вселенным и галактикам, мирам…
    Любить друг друга — это же так просто!
    Но это поняла я лишь вчера…
    
    
    
     ***
    
    А знаешь, это очень мило –
    Букет из роз и васильков…
    Меня вначале удивило
    Несочетание цветов.
    Потом мне даже показалось,
    Что в этом все же что-то есть.
    Такая мизерная малость,
    Но в ней, наверное, ты весь, –
    Из алых роз и васильков,
    Из бурной страсти и стихов…
    
    
    
    
    
    
    
     ***
    
    Ты пахнешь ладаном и вишней.
    Еще немножечко грозой.
    Среди своих четверостиший
    Я ощущаю запах твой.
    Он не похож на остальные, –
    В нем есть особенный секрет.
    Так пахнут травы полевые
    И светлый, радостный рассвет.
    Твой запах и на расстоянии
    Я не забуду. Им дышу.
    Тот запах первого свидания
    Я в сердце бережно ношу.
    
    
    
     Счастье
    
    Белое облако нежности
    Тихо коснулось плеча.
    Счастье приходит из вечности
    Чистой водою ключа,
    Светлым лучом озарения,
    Венчиком ярким цветка,
    Ласковым как дуновение
    Мартовского ветерка…
    Может, всего на мгновение,
    Или на несколько лет,
    Иль, как рождение гения,
    Вечность пронзит ее свет.
    
    
    
     ***
    
    Падали звезды, одна за одной…
     очень часто…
    Будто бы с неба их кто-то нарочно сбивал.
    Снова и снова спешила загадывать счастье,
    Словно боясь, чтоб никто его не отобрал.
    Звездное счастье… когда трепетало все тело
    От поцелуя, от прикосновенья руки…
    Если б была я звездой, то давно бы сгорела
    В пламени чувств, что прекрасны
     и так высоки.
    Я не звезда. Я сегодня земная богиня.
    Ты изваял меня нежным касанием рук.
    Прошлого нет, потому что навеки отныне
    Ты — мой единственный милый
     и преданный друг.
    Ты — мой творец, что сорвал с меня
     маски величья,
    Всю уничтожил, и заново, лучшей слепил.
    Так появилась слезами омытая притча
    О сотворении первых небесных светил.
    Ты меня создал, как Бог, вдохновенно играя,
    Из ничего, из прекрасной и светлой мечты…
    Быть не смогу уже той, что была
     лишь вчера я,
    Зная блаженство и рай неземной высоты.
    
    
    
     ***
    
    Мне никто не дарил облака
    В невозможных разливах заката.
    И не ведала я, что река
    Может петь о любви виновато.
    Что в изящных изгибах мостов
    И бегущих огнях электрички
    Слышен гордый, понятный без слов,
    Голос Родины хрипло-привычный.
    Что под сводами хмурых лесов
    Затаились в траве самоцветы,
    Там живое живет без часов,
    Создавая движеньем приметы.
    Я не знала, что запах полей
    Удивительно терпкий, щемящий,
    И что звезды бывают светлей,
    В тишине отражаясь звенящей…
    Я не знала… Но ты мне открыл
    Этот мир — неизвестный, прекрасный.
    Ты однажды меня научил
    Быть к рожденью вселенных причастной.
    
    
    
     ***
    
    Я привыкаю к одиночеству опять.
    Скучаю, потихоньку забываю
    Как звезды ярче яркого горят
    И что дожди счастливыми бывают…
    
    
    
    
    
     ***
    
    Прекрасней не было картины:
    Лица любимого мужчины
    Коснулось солнце. И тот час
    Ресницы, брови, абрис глаз,
    Алмазной россыпью горя,
    Сверкнули сотней тысяч радуг,
    Поблекла в свете том заря.
    А я была безмерно рада, –
    Что так безумно влюблена!
    А мой любимый ото сна
    Едва очнулся и приник
    Ко мне. И тот счастливый миг
    Рассыпал дивные алмазы
    По влажным, любящим телам.
    И обжигающие фразы
    Уже неслись навстречу нам:
    Как ты прекрасен, мой любимый!
    Моя Богиня, ангел мой,
    Ты каждый раз неповторима!
    Какое счастье быть с тобой!
    
    
    
     ***
    
    Звезды как будто с ума посходили:
    Падали в обморок к нам с высоты.
    Как мы любили… Ах, как мы любили! —
    Зло, безоглядно, сжигая мосты.
    
    
    
     ***
    
    Я заслужила это право,
    Пройдя сквозь тернии веков,
    Познав падения и славу,
    Перелопатив тонны слов.
    Одно единственное слово,
    Очистив от наростов лжи,
    Произнести тебе готова.
    Но ты им очень дорожи,
    Поскольку в нем я уместила
    Богатство неба и земли.
    И в нем божественная сила,
    И чувства все белым белы.
    Я пронесла через страданья,
    Через мучительную боль
    Его чудесное мерцанье.
    Произнести его позволь:
    «Люблю!
     Люблю!
     Люблю!»
    
    
    
     ***
    
    Я была на небе гордой птицей
    В самой светлой стае журавлей.
    Не проси в руках твоих синицей
    Петь о том, что нет тебя милей…
    
    
    
     ***
    
    Почему так ночи коротки
    В этом знойно-палевом июле.
    Не успеешь записать строки,
    А уж звезды на небе задули…
    Не успеешь вымолвить: «Люблю», –
    Уж рассвет стучится громко в двери.
    А об остальном не говорю, –
    Все равно никто мне не поверит.
    Ах, как были ночи коротки,
    И как не хотелось расставаться!
    Холодно. Опали лепестки…
    Уж цветами не полюбоваться…
    А как были ночи коротки!
    И как горячо звучали речи!
    Вспоминают с тихой грустью свечи
    Песни, поцелуи и стихи.
    
    
    
     ***
    
    Для тех, кто любит, расстояний нет.
    И ничего выдумывать не надо. —
    Приходишь в кассу и берешь билет.
    И через n часов уже вы рядом…
    Для тех, кто любит, нет таких преград —
    Сверхчеловеческих и непреодолимых.
    А если есть… Никто не виноват. —
    Тогда любовь, вздохнув, проходит мимо…
    
    
     ***
    
    Меня не спрячешь, как в кармане мелочь,
    И тайну от людей не утаишь.
    А мне всегда такой любви хотелось,
    С которой, как звезда в ночи горишь.
    Чтоб свет лучей, не знающей преграды,
    Пролился сквозь пространства и века…
    Любить, взамен не требуя награды,
    С покорностью и нежностью цветка…
    Наивным мотыльком лететь на пламя
    И, обжигая крылья, умирать…
    Живой водой, что разбивает камни,
    Всю силу страсти огненной собрать
    И… падать, падать, падать водопадом,
    Вздымая брызги, радугой горя,
    Чтоб ты хотел всегда со мной быть рядом,
    И никогда не разлюбил меня!
    
    
     ***
    
    Я встретила себя, но помоложе,
    Красивее, стройнее и смелей.
    И поняла, что на любовном ложе
    С такой мужчинам было б веселей…
    Я встретила себя, как неизбежность,
    Хоть думала — другой такой же нет.
    Но зеркала мне служат безупречно.
    Они не утаят коросты лет.
    
    
     ***
    
    Благодарю тебя за эти дни и ночи,
    За искренность твою и чистоту,
    За музыку и пламенные строчки,
    И нежных чувств — величье, красоту…
    За этот взгляд — то дерзкий, то тревожный,
    То добрый, то суровый, то смешной,
    За то, что в час ночной неосторожно
    Ты предложил мне стать твоей женой…
    За то, что каждый миг в твоих объятьях
    Мне вечность ожиданья заменил.
    За то, что я сожгла два новых платья,
    Когда ты мне внезапно позвонил…
    За то, что ради терпких поцелуев
    На край земли готова полететь,
    За то, что вновь безумствуя, ревнуя,
    Я так хочу в огне твоем гореть!
     ***
    
    Люби меня со всей мужскою страстью!
    Не бойся сделать больно, я прощу.
    Навстречу солнцу, радости и счастью
    Я как на крыльях снова полечу,
    Сжигая все условности, преграды,
    Срывая нити древних паутин,
    И отдавая высшие награды
    Достойнейшему изо всех мужчин!
    
    
    
     ***
    
    Какая же это нелепость —
    Любя, расставаться надолго…
    Часы превращаются в вечность.
    А вечность — мучительно много.
    Так много, что давит на плечи
    И крылья к земле прижимает.
    И плачут безгрешные свечи,
    Как будто бы все понимают.
    Они понимают, что время
    Не лечит. Оно разрушает.
    И то, что заучено всеми,
    Влюбленным ужасно мешает.
    Помехи, барьеры, препоны…
    И созданы, чтоб их разрушить.
    Они так по-детски условны,
    Когда обнимаются души,
    Сливаются в общее русло,
    Текут по мирам и пространствам.
    И как это глупо и грустно,
    Когда нет в любви постоянства…
    Нет в мире преград, что сильнее
    Прекрасного чувства свободы.
    Тот правый, кто преодолеет
    Судьбу, расстояния, годы…
    
    
     ***
    
    Так могут любить только Боги, —
    Легко, бескорыстно, свободно,
    Без тени сомненья, тревоги,
    И несовременно, не модно…
    Творить и дарить неустанно
    Вселенные и мирозданья,
    Где все так светло и желанно,
    И нет ни беды, ни страданья…
    Так могут любить только Боги, –
    Открыто, безумно, безмерно,
    И так непонятно для многих,
    И очень уж сильно, наверно…
    Пытаться понять? — Бесполезно
    Измерить и вычислить Бога.
    Молюсь, чтоб ничто не исчезло.
    А это — так мало, так много!
    
    
     ***
    
    Когда-то это тоже станет прошлым,
    Но никогда не буду я жалеть
    Об этих днях — безумных, невозможных,
    Когда хотелось просто жить и петь.
    Об этом счастье — солнечном и ясном,
    Рождавшем в сердце алые цветы,
    О самом близком, искреннем, прекрасном,
    Где всюду ты, один лишь только ты…
    
    
     ***
    
    Меня полюбит только очень сильный
    И с мужественным сердцем человек.
    Ведь я — гроза, а обладать стихией
    Способен лишь достойнейший из всех.
    Кто может отражать удары молний,
    Сжигающих, пронзающих насквозь,
    Кто не боится ни смертей, ни боли,
    И обуздает ярость, гнев и злость…
    Кто может с беспощадностью звериной
    Бороться до победного конца
    С любой стихией, даже очень сильной,
    Имея все достоинства борца…
    Кто не боится первых поражений,
    Не убежит, не бросит, не предаст,
    Тому гроза даст вечность озарений
    И счастье неизмеренное даст.
    
    
    
     ***
    
    В движениях любви есть грациозность,
    Прозрачность и таинственность, и свет.
    В движениях любви есть та серьезность,
    Которая сорвет любой запрет.
    Примите танец, искренний и смелый,
    Как истину, счастливый свой билет.
    И мир не будет больше черно-белый.
    Он вам подарит всех цветов букет…
    
    
    
     ***
    
    Голодной армии мужчин
    Безумной плоти было б мало…
    Непостижимо! — Как один
    Ты смог затмить весь мир!.. Искала
    Тебе среди друзей, прохожих,
    Среди врагов искала тоже…
    Прошло так много долгих лет
    И поражений, и побед…
    И вдруг — как молнии в глазах,
    Как долгожданная гроза…
    И я смутилась… Я ослепла…
    И, возрожденная из пепла,
    Вдруг полетела! Я смогла!
    И не играла, не лгала.
    Я вновь была самой собой —
    Любовью, песней и мечтой.
    
    
    
     ***
    
    Какое счастье быть любимой! —
    В объятьях нежных засыпать
    И гнать тоску, тревоги мимо,
    Капризничать, но не роптать.
    И просыпаться от желанья
    С любимым слиться, став рекой.
    Да будут слезы, смех, терзанья,
    Но не покой! Но не покой!
    
    
    
     ***
    
    Не оторваться от тебя, не оторваться…
    И мне так радостно в твой
     сладкий плен сдаваться,
    И быть царицей и рабой,
    Песчинкой малой и звездой,
    И умирать, и обновленной вновь рождаться!
    
    Не оторваться от тебя, не оторваться!
    И невозможно и мудрейшим разобраться, –
    То явь чудесная иль сон,
    И кто любим, и кто влюблен,
    Когда сплелись тела в одном безумном танце.
    
    Не оторваться от тебя, не оторваться!
    И я не знаю, как самой себе признаться,
    Что без тебя мне жизни нет,
    Ты — как во тьме кромешной свет.
    И я боюсь хотя б на миг с тобой расстаться…
    
    
    
     ***
    
    Есть Бог любви. Ко мне пришел он ночью
    И приказал мне быть его женой.
    Он обладал достоинством и плотью,
    И был неистов, словно Бог, со мной.
    И эта ночь — судьбы моей подарок,
    Была волшебной, лучшей из ночей.
    Мой Бог любви и нежен был, и жарок.
    Он плоть и кровь одной из дочерей.
    
    
    
     ***
    
    В ночном купе не спал мальчишка.
    Напротив женщина лежала.
    И тело сонное качало
    И колыхало. Может, в книжке
    Свой первый опыт получая,
    Не мог уснуть он, и вздыхая,
    Все наблюдал за женским телом
    Во все глаза ,бесстыдно, смело.
    И представали перед взором
    Картины, где она нагая,
    В мужских объятьях полыхая,
    Вся извивалась, трепетала,
    Шептала страстно и стонала
    За призрачно-туманной шторой…
    Еще не зная женской ласки,
    Наивный, с чистою душой,
    Он был в плену у этой сказки.
    И видел в женщине земной
    Богиню, царственную деву…
    И все не спал, и все вздыхал,
    Пока сосед на полке слева
    Не произнес: «Какой нахал!»
    Мальчишка вздрогнул, как от плети,
    И подскочил, и убежал…
    Да, не легко взрослеют дети…
    А мальчик? — Он греха не знал.
    
    Глазами взрослого мужчины
    Он, может, в первый раз смотрел
    На сон, блаженный и невинный,
    И в те мгновения взрослел…
    
    
    
    
     ***
    
    Мы будем говорить о пустяках.
    Зачем из слов высоких минареты,
    Когда горит румянец на щеках,
    Как залитые заревом рассветы?
    Слова — всего лишь тонкая вуаль,
    Напрасно ей пытаемся прикрыться,
    Когда в душе расплавленная сталь,
    Готовая взорваться и разлиться…
    Замкнув себя на тысячи замков,
    Мы все-таки близки до наслажденья.
    Сплела мильёны красочных венков
    Невидимая нить воображенья.
    Как светел сон любовных сладких мук!
    Так явственно до боли ощущенье
    Любимых глаз, любимых губ и рук,
    Что, кажется, земля пришла в движенье,
    И нас не разделяют города,
    И времени извилистые реки.
    На небе вспыхнет новая звезда,
    От наших чувств зажженая навеки.
    
    
    
     ***
    
    Повторяй мне нежные слова
    Вновь и вновь. Я это заслужила.
    Пусть любовь мне голову вскружила,
    Но она одна всегда права.
    Повторяй, пусть все они избиты,
    И звучали сотни тысяч лет,
    Но, срываясь, как метеориты,
    Оставляют в сердце яркий свет.
    Повторяй! Они нужны, как воздух,
    Чтобы я проснуться не смогла
    И увидеть серой жизни прозу,
    И сказать: «Как долго я спала…»
    Повторяй как клятву, как молитву,
    Сотвори меня из светлых слов
    Как свою Богиню Афродиту
    Из далеких сказочных миров.
    Повторяй! Я стану самой лучшей,
    Вдруг поверив всем твоим словам.
    Пусть не покорится зимней стуже
    Счастье, вновь дарованное нам!
    
    
    
     ***
    
    О любви все сказано? — Не правда!
    Я найду слова, я их открою!
    Я разрушу прошлое, как Трою.
    Мне чужого, ветхого не надо.
    Новые создам цвета и звуки.
    Я их слышу, вижу, как во сне.
    И твои божественные руки
    Помогают ощутить все мне…
    Я хочу, чтоб ты услышал тоже
    Переливы сказочных мелодий,
    Ни на что земное не похожих,
    Не подвластных времени и моде.
    Я хочу, чтобы открылась книга,
    Где слова — как символы и знаки,
    Где любая мелкая интрига
    Подлежит немедленной атаке,
    Где любая ложь сама исчезнет
    Перед силой правды, чистоты…
    Те слова намного интересней,
    Хоть на первый взгляд совсем просты.
    Я их подарю тебе… и людям, —
    Пусть читают, учат наизусть.
    В них мы не умрем, и вечно будем,
    Потому что в них — вершина чувств.
    О любви все сказано… Но слышишь
    Голос сердца? — Ты его поймешь.
    Разве есть на свете что-то выше!
    Пусть слова звучат, как медный грош…
    Мы их обесценили, но снова
    Зазвучит живительное слово! —
    Чтобы ты сумел меня понять,
    Бросить все, приехать. И обнять…
    
    
     ***
    
    Радость моя, ты себе и представить
     не можешь,
    Как одиноко и как тяжело без тебя.
    Пусть невеселые мысли тебя не тревожат, –
    Ждать и надеяться легче, родной мой, любя.
    И мои дни не померкнут от серой печали,
    Не захлебнутся в горячих и горьких слезах.
    Сделаю все, чтоб они, пролетая, звучали
    Песней соловушки, радостным эхом в горах,
    Чтоб становиться все краше,
     мудрей и моложе,
    Время назад повернуть, расстояния сжать,
    Чтоб для тебя стать желаннее, лучше, дороже,
    И никогда никуда уже не уезжать…
    
    
    
     ***
    
    Словно отблеск знакомой звезды —
    Вдруг случайно в каком-то прохожем
    Я узнаю родные черты,
    На твои чем-то очень похожие…
    Те же губы, и брови, и нос…
    И заноет в томлении сердце,
    Задавая все тот же вопрос:
    «Почему Земля медленно вертится?»
    И нельзя сократить вечный год
    Или перечеркнуть расстояния.
    Почему же из тысяч забот
    Мне достались опять ожидания?..
    
    
    
     ***
    
    Мне говорили: «Он чудак, он сумасшедший!
    Будь осторожнее, не связывайся с ним».
    Отбросив камни всех противоречий,
    Увидела его совсем иным:
    Красивым, умным, добрым, чутким, нежным,
    Простым и гениальным, и смешным.
    И он затмил все то, что было прежде,
    Так интересно и легко мне было с ним.
    Пускай таких считают чудаками,
    Нормальные, поверьте, мне скучны, –
    Они не дружат с музыкой, стихами,
    Они в плену у денег и войны…
     ***
    
    За один только твой поцелуй
    Я готова пойти на край света.
    Плачь, люби меня, злись и ревнуй! –
    Мне, любимый, так нужно все это! —
    Знать, что где-то на грешной земле
    Есть единственный в мире мужчина,
    Тот, кто помнит всегда обо мне,
    Он — вторая моя половина…
    Он печаль моя, радость и грусть,
    И мое запоздалое счастье.
    Верь, любимый, я снова вернусь,
    Чтоб уже никогда не расстаться!
    
    
    
     ***
    
    Вонзались в сердце, как игла,
    Слова укора.
    Я и не сразу поняла,
    Что это ссора…
    И две судьбы, и две страны
    Скрестили шпаги.
    Уже в преддверие войны
    Взметнулись флаги.
    Вернулось прошлое, восстав,
    На бой кровавый.
    И снова сыпались слова,
    Как град ударов.
    А было пять минут назад
    Все так прекрасно.
    И кто был прав, кто виноват –
    Совсем неважно.
    В одно мгновение могло
    Все оборваться.
    И было так нам тяжело!
    Но как признаться?
    И как пружины напряглись
    Тела и нервы.
    Он был мудрее и «Очнись! —
    Промолвил первым, –
    О чем мы, право, говорим…
    Прости, родная!»
    А я стояла перед ним
    Совсем чужая…
    
    Он прикоснулся и обнял,
    Сломав преграды.
    И нежных поцелуев шквал
    Нам был наградой.
    Потом всю ночь скрипел диван,
    Как заведенный.
    И часто вспыхивал «фонтан»
    Весь удивленный.
    И что-то падало в ночи
    Со звоном на пол.
    И наблюдали три свечи,
    Как дождь заплакал,
    А за окном шептались утром
    Ветви ивы:
    «Как это больно, это трудно
    Быть счастливой!..»
    
    
    
     ***
    
    Пусть говорят, что мы с тобой не пара,
    И сплетницы судачат за спиной.
    В твоих руках — я звонкая гитара.
    И отзываюсь каждою струной.
    И музыка любви над миром льется.
    И радость, и печаль ее светла.
    И знаю, если б вдруг погасло солнце,
    Любовь на небе новое б зажгла!
    
    
    
     ***
    
    Я вспоминаю твои руки,
    Прикосновенье твоих губ…
    Ты — злейший враг тоски и скуки,
    Заменишь целый смехо-клуб.
    И я не плачу, улыбаюсь,
    Вернувшись в памяти в Моздок.
    В своих грехах я не раскаюсь.
    Ты мне понять себя помог…
    И подарил мне столько счастья,
    Что хватит на десятерых.
    Я вновь готова в плен твой сдаться,
    Боясь остаться вне игры…
    Я вспоминаю твои руки,
    Прикосновенье губ твоих.
    И нет прекраснее науки —
    Делить и множить на двоих…
    
    
     ***
    
    Не потому, что чувства охладели,
    А потому, что нет тебя со мной,
    Считаю дни и долгие недели,
    Хочу услышать снова голос твой.
    Так странно, что живу сейчас в Коломне,
    А сердце отобрал навек Моздок.
    Тоскливо, грустно, больно, тяжело мне…
    Согрей меня хотя б в объятьях строк!
    
    
    
     ***
    
    Я прощаюсь с дорогой, ведущей
     на Карский карьер.
    И в закатных лучах задержав
     свой задумчивый взор,
    Как струна — в напряженье
     немыслимом каждый мой нерв…
    Не любила я так никогда никого до сих пор…
    И мгновенье у времени
     вымолить тщетно пытаюсь.
    Подбираю слова, чтоб достойные
     были любви.
    И с улыбкою светлой прощаюсь,
     не плачу, не каюсь.
    И прошу об одном: «Приезжай!
     Все узлы разорви!»
    Все, что было, останется в памяти
     сказкой прекрасной.
    Все, что будет, сияет сегодня
     заветной звездой.
    Если нам расстоянье, любые
     преграды подвластны,
    Нас никто никогда разлучить
     не посмеет с тобой.
    
    
    
    
     ***
    
    Ничего не осталось, все в прошлом.
     А, может, приснилась
    Мне волшебная сказка о нашей счастливой любви?
    Так хочу, чтоб она в моей жизни
     опять повторилась!
    Алый парус надежды, меня в свою даль позови!
     ***
    
    Мою любовь нельзя купить за деньги,
    Нельзя украсть, на что-то обменять.
    Ее нельзя держать, как птицу в клетке.
    Нельзя измерить, и нельзя понять.
    
    Она, как в полночь розовое солнце,
    А в полдень — удивленная луна,
    Горячая вода со дна колодца,
    Уму не постижимая она…
    
    Она несовременна, не логична,
    Она несвоевременно горда.
    Порой смешна, наивна и цинична.
    Но не бывает лживой никогда!
    
    
    
     ***
    
    На другом краю планеты
    Я зову тебя, любимый:
    «Где ты, счастье мое, где ты?»
    Мне ведь так необходимы
    Твои губы, твои руки,
    И стихи твои, и песни…
    Как мне трудно быть в разлуке
    И легко, когда мы вместе…
    Жду, когда уста сомкнутся,
    Вспыхнет вновь любви огонь.
    Утром вновь хочу проснуться,
    Целовать твою ладонь…
    
    
    
     ***
    
    Не судите, бабы, не рядите,
    Хватит кости мне перемывать.
    И при встрече глаз не отводите,
    Будто не желая узнавать.
    Что же вам я сделала плохого?
    Ведь меня вам не в чем упрекнуть. –
    От любви никто не застрахован,
    Повезет и вам когда-нибудь.
    Зря сердито мне вослед глядите.
    Вам ли грешным обо мне судить…
    Вы по-женски просто рассудите, –
    Если любят — есть за что любить.
     ***
    
    Приснился мне счастливый сон,
    Как будто встретился в дороге
    Мне сам прекрасный Аполлон.
    Его ко мне прислали боги.
    Что говорить…Едва взглянув
    В его глаза, я опьянела
    И от дыханья алых губ,
    От совершенства линий тела…
    И дивный голос прозвучал,
    Пленив меня уже навечно.
    И как начало всех начал
    Была в судьбе моей та встреча…
    Любви прекрасной, неземной
    Он дал мне допьяна напиться,
    Расправил крылья за спиной,
    И я летала, словно птица.
    Он подарил мне двадцать дней
    Незабываемого счастья.
    И ожерелья из камней
    Надел, прощаясь, мне на платье.
    То ожерелье — оберег
    От всех невзгод, от всех болезней.
    И коль недобрый человек
    Его возьмет, — оно исчезнет…
    То был лишь сон, счастливый сон,
    Но кажется, что ожерелье,
    Что подарил мне Аполлон,
    Теплом я чувствую на шее…
    
    
    
     ***
    
    Я в нереальности живу.
    Реальность там, где край вселенной,
    Где человек мой драгоценный,
    И не во сне, а наяву…
    Я с ним познала танец жизни,
    Полет души и счастья свет,
    Хотя в любви меня капризней,
    Наверно, не было и нет.
    Я с ним была самой собою,
    И плача, искренне смеясь,
    Я наслаждалась с ним любовью,
    Как будто бы в последний раз.
    Что день грядущий мне готовит?
    Что станет с нами через год?
    Он есть. И пусть толпа злословит, –
    Люблю. А прошлое не в счет.
    Кого любил он, с кем был рядом…
    Он шел ко мне среди разлук,
    Чтобы однажды нежным взглядом
    Стереть остатки прежних мук.
    Он шел ко мне во имя счастья,
    Чтобы принять великий дар,
    И пить любви земной нектар,
    И никогда не расставаться!
    … Я в нереальности живу.
    Реальность там, где край вселенной,
    Где человек мой драгоценный,
    Которого люблю и жду.
    
    
    
     ***
    
    Приснилось ночью мне, что потеряла
    Я что-то очень, очень дорогое.
    Я плакала, когда его не стало,
    Все оказалось призрачно-пустое…
    Потеря ли была невыносимой,
    Иль пониманье этой пустоты,
    А, может, от тоски невыносимой,
    Пришедшей с недоступной высоты,
    Но сон прервался. Я в слезах проснулась.
    Лежал он рядом. Милый и родной.
    Его щеки счастливая коснулась.
    Он мирно спал. Он был еще со мной.
    Уснула, но тревожное виденье
    Вновь повторилось. И во сне был сон,
    Как будто боль потери, униженье
    Я ощутила вдруг со всех сторон.
    И девочкой невинной, беззащитной
    Стояла я в кольце ужасных мук,
    Морально и физически избитой,
    И слыша только тихий сердца стук.
    Я понимала, что еще живу,
    Но как дышать, чтоб жить, уже забыла.
    И, задыхаясь, также наяву,
    Проснулась. Я жила. И я любила.
    Мой милый, вдруг почувствовав мой взгляд,
    Проснулся, обнимая и целуя,
    Он возвратил мне драгоценный клад —
    Свою любовь, что бережно храню я.
    
    
    
    
     ***
    
    Звучит твой голос через расстоянья,
    Такой желанный, и до слез родной.
    И все сомненья и переживанья
    Уплыли вдаль покорною волной.
    Звучит твой голос, он меня волнует,
    Как будто вновь ты рядом, ты со мной.
    Среди забот, проблем, и разных сует
    Он зазвенел волшебною струной.
    И все во мне вдруг вспыхнуло, играя,
    Затрепетало и отозвалось.
    Слова и звуки с жадностью вбирая,
    И полыхая, задаю вопрос:
    «Когда приедешь?»
    Я скучаю очень.
    Люблю и жду, минуты торопя.
    У нас все хорошо. Настала осень,
    Дожди, грибы… Детишки? — Уже спят…
    Звучит твой голос. И на целом свете
    Меня счастливей и красивей нет.
    «Люблю, люблю…» — Слова бесценны эти.
    Весь белый свет их нежность согрет.
    
    
    
     ***
    
    День без тебя — это целая
     вечность без солнца.
    Ночь без любви — это грустное небо без звезд.
    Мне без тебя не мечтается и не поется,
    Словно всю душу сковал
     беспощадный мороз.
    
    
    
    
     ***
    
    Я не люблю почтовые романы.
    Как ястреб, я люблю живую плоть.
    Люблю тайфуны, грозы, ураганы,
    Чтоб нелегко их было побороть!
    Еще люблю затишье перед бурей,
    Мгновение звенящей тишины,
    Когда все тонет в ласковой лазури,
    А поцелуи сдержанно нежны…
    До первой тучки и до первой капли… —
    И вновь гроза, стихия, ураган,
    Что разбивает вековые камни!
    А на бумаге… Это все обман,
    Мираж, манящий путника в пустыне
    К оазисам, в которых нет воды…
    Пиши мне чаще! Чувство не остынет,
    Пока в душе моей цветут сады.
    
    
    
     ***
    
    Не забывай меня ни на мгновенье,
    Не обрывай золотистую нить —
    Рук наших, губ наших прикосновенья,
    Что мы любили друг другу дарить…
    Не забывай меня, солнышко ясное,
    Светом любви приласкай, обогрей!
    Солнышко милое, жаркое, страстное,
    Ну, покажись из-за тучки скорей!
    
    
    
     ***
    
    Расскажи мне о себе хоть что-нибудь.
    Я ведь ничего совсем не знаю.
    А хотя зачем, когда весь путь
    По глазам почувствую, узнаю…
    Был ли ты расчетливым, святым,
    Иль распутным, словно Казанова, –
    Для меня все это — горький дым
    От костра. Мне хочется иного.
    
    Я хочу сегодня и сейчас
    Видеть, как в глазах огни сияют,
    Словно в первый и в последний раз
    И любовь, и счастье излучают.
    Кем ты был? — Медалей перезвон
    Вряд ли мою душеньку утешат.
    Все былое — прочь! Из сердца вон!
    Знаю, что один лишь Бог безгрешен!
    
    Можешь небылицы сочинять,
    Подвиги приписывать для славы,
    Можешь всем и каждой изменять
    Хоть налево, хоть потом направо…
    Но сейчас… сейчас иль никогда
    Ты меня люби до исступленья!
    И клянись запомнить навсегда
    Эти драгоценные мгновенья!
     ***
    
    Когда я слышу, что любовь не вечна,
    И очень быстро гаснет, умирая…
    Я знаю — в этой жизни быстротечной
    Никто не полюбил, в любовь играя…
    Кто встретил хоть однажды это чувство,
    Его не потеряет, не оставит.
    Оно не объяснимо, словно чудо,
    И судьбами людей и миром правит.
    Прошло немало уж тысячелетий,
    С тех пор, как с ним я встретилась впервые.
    То чувство сотней солнц над миром светит
    И раздвигает стены вековые…
    Из жизни в жизнь несу его свеченье,
    Из века в век, и от судьбы к судьбе.
    То чувство не подвержено старенью
    И не настигнет смерть его нигде.
    Не гаснет его пламенная нежность,
    Поскольку настоящее оно.
    Его найти и пронести сквозь вечность,
    Наверное, не каждому дано…
    
    
    
     ***
    
    Не зову, не жду и не надеюсь.
    Может быть, устала ждать и звать.
    У огня чужого не согреюсь.
    Свой же слишком поздно зажигать…
    
    
    
     Качели
    
    Над городом сонным летели качели.
    А в воздухе пахло грозой.
    Но двое влюбленных смеялись и пели.
    А месяц вздыхал молодой,
    С высот наблюдая, как губы смыкались
    Под всполохи ярких зарниц,
    Как небо с землей неустанно менялись
    В полете, достойном лишь птиц.
    И месяц грустил, потому что прикован
    Он был до рассветной зари…
    И вдруг полетел! — Да и что здесь такого!
    Раскачивать стал фонари,
    И звезды с ним вместе на небе качались.
    И радость лучилась от звёзд.
    И вместе с влюбленными звёзды смеялись,
    Как малые дети, до слез.
    Над городом сонным летели качели.
     Под всполохи ярких зарниц,
     Но двое влюбленных смеялись и пели
    В полете, достойном лишь птиц.
    А месяц вздыхал,когда губы смыкались,
    И с грустью гасил фонари…
    А звёзды смотрели, как двое прощались
    В лучах предрассветной зари…
    
    
    
     ***
    
    Дорога, ведущая в небо…
    Огромное солнце вдали…
    Поля золотистого хлеба…
    Цветы у дороги в пыли…
    Хрустально звенящее лето,
    Что нам подарило мечту…
    Там, за руки взявшись, на небо
    Мы шли постигать высоту.
    
    
    
     ***
    
    Во мне нет ничего. Одна любовь!
    Одна любовь, не знающая страха,
    Ни ревности, ни временных оков…
    Одна она, воскресшая из праха.
    И все, что с ней не связано, пустым,
    Таким ничтожным кажется, убогим.
    Пусть будет супермодным, золотым,
    И ничего не значащим в итоге…
    Одна любовь — и славу, и алмаз,
    И тысячи алмазов мне заменит.
    Я думаю: «Исправлюсь!» — каждый раз.
    Любовь придет… И вновь все обесценит!
    
    
    
     Крылом в крыло
    
    Как могут птицы чувствовать друг друга,
    Не сталкиваться, не терять свой курс,
    Не падать вниз от слабости, испуга,
    И не терять полета острый вкус!
    Когда за птичьей стаей наблюдаю,
    Мне хочется за ними улететь,
    Чтоб научиться жить, не уставая,
    Крылом в крыло, чтоб многое успеть,
    Чтоб чувствовать друг друга,
     словно птицы,
    И как в полете слаженном творить,
    И чтоб никто не смог упасть, разбиться,
    И с легкостью Богов любовь дарить!
    
    
    
     ***
    
    Во сне мне часто снятся поцелуи —
    То терпкие, то сладкие как мед.
    Тебя до исступления целую…
    К чему бы это? Разве кто поймет?
    
    Хочу любить! О, как хочу я счастья!
    Но нет тебя, кто мог бы утолить
    Всю жажду необузданную страсти,
    Что бес в меня надумал поселить…
    
    Ведь нет тебя… И в пламени сгораю,
    И вижу поцелуи по ночам…
    По лестнице, ведущей прямо к раю,
    Я кубарем качусь ко всем чертям.
    
    А ты глядишь с усмешкою спокойной,
    Как дьявол раздирает мою грудь.
    Пускай любви твоей я недостойна,
    Но ты со мною так жесток не будь!
    
    Не разжигай в душе моей напрасно
    Пожар, опасный лишь для нас с тобой,
    А то сгоришь в мгновении прекрасном.
    Остерегись! Или смелей — в огонь!
    
    
    
     ***
    
    О, пей меня! В твоих объятьях
    Хочу сгореть огнем любви
    И захлебнуться в море счастья,
    Которое мне даришь ты!
    
    О, пей меня! Возьми всю нежность,
    Весь пыл и страсть моей души.
    Моя любовь к тебе безбрежна,
    Ничем ее не потушить.
    
    О, пей же, пей меня! И крепче
    Целуй мне руки, губы, плечи!
    О, как прекрасен этот вечер
    Из звезд и счастья нашей встречи!
    
    
    
     ***
    
    Я не знала, что взглядом
    Можно больно обжечь,
    Если нет тебя рядом,
    Ждать с томлением встреч,
    И что раненой птицей
    Бьется сердце в груди,
    Если ночью мне снится
    Сон, как ты уходил…
    
    
     Рассвет
    
    
    
     ***
    
    Я проснулась однажды среди облаков.
    Может, в сказке, а может, в были.
    Было мне так волшебно, легко и светло,
    Потому что там все любили.
    То ли радуги свет, то ли солнца лучи
    Разливались по небосводу.
    И услышала я, как из сердца звучит
    Голос счастья, любви и свободы.
    
    За две тысячи верст, за две тысячи лет
    Унесет меня жизнь, я знаю.
    Но уже никогда не забуду я, нет,
    Облаков проплывающих стаю,
    И прозрачность, и легкость,
     и радость и свет
    Расплескать мое сердце не сможет,
    Потому что открылся мне
     главный секрет, –
    Что на свете всего дороже.
    
    В единстве друзей,
    В пространстве любви,
    Где сердце распахнуто настежь,
    И время светлей,
    И ярче огни.
    И это, наверное, счастье!
    
    
    
     ***
    
    Я жить хочу, как никогда!
    Разорваны оковы грусти.
    И вновь горит моя звезда.
    Она поет о светлом чувстве.
    Земля младенцем на руках
    Глядит с доверчивой улыбкой.
    И отзывается в сердцах
    Звучащей нежно чуткой скрипкой.
    
    Жар-птица огненным крылом
    Взмахнула, озарив надеждой.
    И стало так светло кругом,
    Совсем не так, как было прежде.
    И песни новые звучат,
    Рождая радостное завтра.
    Зовет призывно, как набат,
    Сильней и звонче сердце барда.
    
    Я жить хочу, как никогда.
    Отброшены оковы грусти.
    И вновь горит моя звезда.
    Она поет о светлом чувстве,
    О том, что новая заря
    Несет на крыльях отблеск века,
    Весну и радость всем даря
    И прославляя человека.
    
    
    
    Встречайте рассвет!
    Встречайте рассвет!
    Скорей распахните все окна и двери.
    
    Да скроется тьма!
    Да здравствует свет
    Во имя любви, и надежды, и веры!
    
    
    
    
    
    
     ***
    
    Не плачь, Россия, ты еще жива!
    И пусть твое израненное тело
    Еще набраться силы не успело,
    Ты есть и будешь. В этом ты права!
    
    Тебя пытались выпачкать смолою
    И пригвоздить к позорному столбу.
    Но никогда тебе не быть рабою.
    Я верю в твою светлую судьбу.
    
    Не плачь, Россия, ты еще жива!
    Ты есть и будешь. В этом ты права!