Литературная Коломна

Калабухин Сергей
Проза
Произведения Гостевая книга

Колычёвский трамвай

     «Вся наша жизнь — спорт», — утверждает Михаил Жванецкий. Как я жил до 7 ноября 1986 года? Представьте себе: зима, утро, на улице ещё темно. Я, как всегда, вскакиваю с постели за пять минут до звонка будильника. Через полчаса, продираясь сквозь снежную мглу дующего сразу со всех сторон колычёвского ветра, подхожу к автобусной остановке и смешиваюсь с пёстрой людской массой.
     За период с 6-30 до 7-00 мы успеваем подышать свежим морозным воздухом, обменяться мнениями о погоде, планах на день, проделываем лёгкий комплекс физических упражнений, совмещая бег на короткие дистанции к подходящему автобусу с элементами силовой борьбы у открывшихся дверей. Наиболее ловкие и тренированные личности, взявшие приступом автобус, снисходительно машут оставшимся на остановке хилым особям и весело, с шутками едут в «город».
     Естественно, я приходил на работу бодрый, заряженный энергией и знаниями, полученными во время рейса. Я был в курсе всего, что происходило в мире и нашем городе. А что стало после 7 ноября 1986 года? В Колычёво стал ходить трамвай! Регулярно и часто. Гораздо чаще автобуса. Хорошо? Отлично! Удобно? Ещё бы! А вот спорт из жизни ушёл.
     Кто теперь будет полчаса дышать воздухом при 30-градусном морозе и бегать за автобусом, попутно делясь с коллегой последними новостями и достижениями? Скучно мы стали жить! Я уже не вскакиваю бодро, как раньше, по утрам. Вяло плетусь на остановку и сразу же сажусь в ждущий (!) меня трамвай или автобус. Вместо живого обмена новостями вокруг сонное сопение, нарушаемое резкими окриками водителя, подгоняющего входящих и изредка объявляющего остановки. На работу прихожу хмурый, сонный и разбитый. Словом, действует этот знакомый каждому с детства закон: если где-то что-то прибыло, то в другом месте что-то убыло.
     Однако период расслабления был недолог. Прошёл ноябрь, за ним декабрь, наступил 1987 год. За наше (пассажиров) физическое и умственное развитие опять взялись работники городского транспорта. Как? Очень просто. С азов: с закаливания организма. Конечно, резко это дело начинать нельзя, поэтому температура в трамвае и автобусе пока на несколько градусов держалась выше, чем на улице.
     Кроме того, сантиметровый слой льда на окнах и философское молчание водителей очень хорошо способствовали развитию логического мышления и пространственного воображения пассажиров: это не так просто угадать, какую именно остановку вы сейчас проезжаете и какая следующая. Жизнь моя с усилением морозов всё более входила в привычную спортивную колею.
     Но в каждой стае всегда найдётся белая ворона. Вот и среди пассажиров нашлись неблагодарные особи. Они не захотели развиваться физически и умственно и стали выдвигать какие-то нелепые требования о необходимости отопления городского транспорта зимой. Я сам был свидетелем, как одно такое тепличное растение доказывало, что не только трамвай, но даже сделанный в довольно мягкой по климату Венгрии «Икарус» оборудован системой отопления. И только общими усилиями других пассажиров удалось убедить горлопана, что маленькие, похожие на душевые отверстия в венгерском автобусе предназначены для выбрасывания противопожарной пены, если обстановка в салоне слишком накалится.
     К счастью, таких изнеженных людей среди нас было мало и с каждым днём становилось всё меньше. К лету они вообще исчезли. А к осени начались проблемы с транспортом. Стоя на остановке в получасовом ожидании хоть какой-нибудь возможности (кроме «своих двоих») выбраться из Колычёва и, хоть и с опозданием, явиться на работу, я услышал диалог:
    - Что случилось? Куда делись все трамваи?
    - Туда же, куда и автобусы: в колхоз!
    Наконец, показались вагоны, и мне пришлось вспомнить приёмы
    дотрамвайной эпохи захвата заветного места. Неудачникам пришлось вытирать собою пыль и грязь в пришедших после «колхозных» рейсов автобусах.
     Так начинался колычёвский трамвай. С тех пор пролетело больше дюжины лет. В стране сменился строй. Привычные рижские вагоны уступили лидерство узким усть-катавским. Салоны и тех, и других лишились части фонарей и сидений. Недавно на колычёвских маршрутах появились огромные и неудобные, похожие на «метро», вагоны. Почти исчезли автобусы, уступив свои рейсы маршруткам и такси, что привело к заполнению трамваев пенсионерами. Такое ощущение, что бабульки заменили бесплатные насиженные места на лавочках у подъездов на бесплатные же для них в трамваях. Для нас же трамвай подорожал почти в десять раз. Вновь появились кондукторы. А в остальном всё по-прежнему. Всё так же скрежещет по утрам на кольце первый колычёвский трамвай. Всё так же мы мёрзнем в зимнее время в не отапливаемых вагонах. Всё так же надеемся и верим, что скоро трамвайная линия продолжится, повторив автобусный маршрут, и «двойки» с «четвёрками», как и в городе, будут в Колычёво ходить навстречу друг другу. Не угасла ещё надежда, что власти, наконец, заасфальтируют протоптанные жителями микрорайона тропинки. Конечно, все эти существующие сейчас тротуары красиво смотрятся на архитектурных планах и с самолётов, но нам, простым людям, удобнее ходить напрямки. То же колычёвское трамвайное кольцо пересекают минимум три тропинки, а по асфальтовым дорожкам ходят только во время дождя и слякоти. Ну, а опаздывающие вынуждены месить грязь, кроя, кто вслух, кто про себя, погоду и …не буду указывать пальцем. Мы надеемся… Всё ещё.