Литературная Коломна

Пробатов Василий
Переложения
Произведения Гостевая книга

Евангелие от Марка

    
    В переводе с греческого протоиерея
    Василия Пробатова
    
    
    Глава 1
    
    Началось благовестье Христово,
    Как писали пророки о том:
    Вот какое читается слово,
    Как известно, в Писании святом:
    «Пошлю вестника Я пред Тобою,
    Дабы путь для Тебя был готов»,
    «Раздался над пустынной страною
    Проповедника мощного зов:
    «Приготовьте Владыке пути,
    Чтоб Ему к вам удобней пройти».
    
    Иоанн пред Владыкой созданья
    Крестить начал в пустыне людей,
    Проповедуя им покаянье
    В очищение скверны страстей.
    Приходить на призыв Иоанна
    Иудейский народ к нему стал,
    Всех крестил он в водах Иордана,
    Кто грехи перед ним открывал.
    В плащ верблюжий пророк одевался,
    Ремнем чресла свои облекал,
    Пищей самою скудной питался,
    Дикий мед и акриды вкушал.
    И сказал он, ко всем обратившись:
    «Идет Тот, Кто сильнее меня,
    Не достоин Ему я, склонившись,
    Развязать у сандалий ремня.
    Я крестил вас лишь влагою вод,
    Он же Духа Святого пошлет».
    
    Из пределов тогда Назарета
    К Иоанну Господь поспешил,
    И пророк Повелителя Света
    Во струях Иордана крестил.
    Свод небесный над Ним вдруг открылся,
    Когда Он из воды выходил,
    И Дух Божий оттуда явился,
    И как голубь к Нему нисходил.
    И послышался тою порою
    Такой голос с небесных вершин:
    «Всей Моей расположен душою
    Я к Тебе, Мой возлюбленный Сын».
    Силой Духа в тот час побуждаем,
    Иисус в край пустынный ушел,
    Сорок дней сатаной искушаем
    Он в пустыне той дикой провел,
    Окружен был зверями там Он,
    Но служил Ему ангелов сонм.
    А когда Иоанн в заключенье
    Ввержен был, в галилейских краях
    Стал Свое возвещать Он ученье,
    Покаяние сея в сердцах:
    «Пришло время оставить нечестье,
    Царству Божью настала пора,
    Зло отбросьте греха, благовестье
    Приняв правды, любви и добра».
    Галилейских раз вод берегами
    Проходил Иисус теми днями,
    Там Андрея и Симона вскоре
    Он увидел двух братьев родных,
    Рыбаки они были и в море
    Свои сети метали в тот миг.
    Молвил Он: «Это бросьте занятье -
    Ловить души вам надо людей».
    И пошли за Христом эти братья,
    От своих отказавшись сетей.
    Берега пройдя дальше Он эти,
    Зеведея нашел сыновей,
    Иоанна с Иаковом, сети
    Они в лодке чинили своей.
    И позвал их небесный Владыка,
    Как услышала голос Христа,
    Так с готовностью тотчас великой
    Вслед за Ним пошла эта чета,
    Отреклися они от всего,
    Сдав отцу и наймитам его
    Снасти все ремесла своего.
    
    
    В Капернаум пришел Он с ними,
    И как субботний день настал,
    Устами мудрыми Своими
    Он в синагоге поучал.
    Учил со властью Царь творенья,
    И весь народ дивиться стал,
    Не то услышал он ученье,
    Что книжный люд им предлагал.
    Муж в синагоге находился,
    Что злым был духом одержим,
    И вдруг к Христу он обратился,
    Так завопивши перед Ним:
    «Оставь, Исусе, нас в покое,
    Пришел с небесной высоты
    Ты погубить все племя злое,
    Прекрасно знаю я, кто Ты».
    Но строго молвил Царь творенья:
    «Молчи и выйди из него»,
    И вскрикнув, вышел он в мгновенье,
    Больного скорчивши всего.
    И, ужаснувшись все в собранье,
    Друг друга стали вопрошать:
    «Уж не судил ли Царь созданья
    Пророка нового нам дать?
    Лишь силой властного Он слова
    Духов смиряет тьмы и зла».
    И слава имени Христова
    Тот час по всей стране пошла.
    
    Из синагоги Царь небесный,
    Взяв Зеведея сыновей,
    Приходит в дом, тогда совместно
    В нем жили Симон и Андрей.
    А теща Симона страдала
    Тогда горячкою лютой,
    В постели бедная лежала,
    Христу сказали о больной.
    И взявши Он ее за руку,
    Поднял с одра болезни вмиг,
    И начала, забывши муку,
    Тотчас она служить для них.
    Когда же солнце заходило,
    К Нему больных всех принесли,
    И одержимых злою силой
    Тогда ж довольно привели.
    Все городское населенье
    Почти сошлось здесь у дверей,
    И исцелил Господь творенья
    Больных от разных немощей.
    Изгнал и демонов немало,
     И говорить им запрещал,
    Что сила темная их знала,
    Кто Он и Кто Его послал.
    А утром рано удалился
    Господь в пустынныя места,
    И там Создателю молился,
    Но Симон стал искать Христа.
    Когда ж с своими он друзьями
    Его нашел, то молвил здесь:
    «Ужель Ты быть не хочешь с нами?
    Тебя там город ищет весь».
    «Пойдем в селениях окрестных
    Учить, — сказал Господь тогда, -
    Ведь для того с высот небесных
    Я и явился к вам сюда».
    И синагоги Царь творенья
    По Галилее посещал,
    И, возвещая в них ученье,
    Духов нечистых изгонял.
    
    Раз муж, проказою страдавший,
    К Христу в то время приступил,
    И на колена пред Ним павши,
    С великой верою молил:
    «Одно Твое лишь пожеланье
    Мне исцеленье может дать».
    Умилосердясь, Царь созданья
    Благоволил на то сказать:
    «Подать желаю избавленье
    Тебе от язвы Я твоей».
    И прикоснулся в то мгновенье
    К нему рукою Он Своей,
    И вмиг недуг его оставил,
    Чиста его вся стала плоть,
    И от Себя уйти заставил
    Его немедленно Господь.
    «Смотри, храни о всем молчанье, -
    Дал строгий Он ему наказ, -
    И, соблюдая предписанья,
    Явись священнику сейчас
    И соверши то приношенье,
    Какого требует закон,
    Дабы в том не было сомненья,
    Что ты от язвы исцелен».
    Но не пришлось однако чуду
    Остаться в тайне, весть о нем
    Тот человек разнес повсюду,
    Так что не мог Господь потом
    Открыто в городе являться,
    И оказалася нужда
    Ему в пустынях укрываться,
    И все шли к Господу туда.
    
    Глава 2
    
    Но по прошествии времени снова
    В Капернаум Он явиться решил,
    В доме Он стал проповедовать слово
    И, услыхавши, народ поспешил
    К этому дому толпами такими,
    Что теснота была и у дверей,
    И принесен был сюда четверыми
    Муж параличный с постелью своей.
    Но ко Христу эти люди пробраться
    Через народ не могли с немощным,
    И разсудили на кровлю подняться,
    И, разобравши ее, перед Ним
    Мужа с одром опустили больного,
    И Христос веру увидевши их,
    Молвил такое недужному слово:
    «Чадо! Грехов отпущенье твоих
    Ныне дается тебе». Услыхали
    Книжники эти слова той порой,
    И в себе так рассуждать они стали:
    «Что оскверняет Он слух наш хулой?
    Может прощать нас один Вседержитель».
    Но то узнав прозорливой душой,
    Так этим книжникам молвил Спаситель:
    «Что вы питаете помысл такой?
    Что из двух легче? Сказать человеку:
    «Я тебя властью прощаю своей»,-
    Или сказать, исцеляя калеку,
    «Встань, возьми одр и ногами владей».
    Знайте ж, что Сын человеческий право
    Людям имеет грехи отпускать».
    И тут Он мужу сказал величаво:
    «Я велю тотчас с одра тебе встать
    И с ним отсюда домой отправляться».
    И вмиг все это исполнил больной.
    Зрители ж начали все ужасаться,
    Бога хвалить изумленной душой
    И говорить: «Его воля дала
    Нам небывалыя видеть дела».
    
    На берега удалясь Он морские,
    Там приходивший народ поучал
    И, проходя, увидел Он Левия,
    Сына Алфеева, что собирал
    Пошлины в лавке своей в те мгновенья.
    Молвил Господь ему: «Следуй за мной».
    И, исполняя Его приглашенье,
    Встал и пошел тот послушной стопой.
    Как возлежал Иисус у Левия
    С учениками своими, то тут
    Мытари были, а также другие,
    Коих за грешный считали все люд.
    И фарисеи, когда увидали
    Их со Христом за трапезой одной,
    Ученикам Его резко сказали:
    «Как ваш Учитель в компаньи такой
    Пищу вкушает?» Но судьям суровым
    Вот что ответил Учитель их Сам:
    «Надобна помощь врачей не здоровым,
    Но лишь больным, как ведомо вам.
    Я пришел грешных призвать к покаянью,
    А не святых поучать воздержанью».
    
    Ученики Иоанна творили
    Часто пощенья в тогдашние дни,
    И фарисейские то же хранили,
    И Христу молвили люди одни:
    «Ученики Иоанна постятся,
    И фарисейские делают то ж,
    А твои быть на пирах не стыдятся».
    Но Искупитель ответил им: «Кто ж
    Тех людей может заставить поститься,
    Что в жениховых друзьях состоят,
    Надобно им с женихом веселиться,
    Если с ним вместе они быть хотят.
    В дни лишь, когда он от них удалится,
    Будет возможно тем людям поститься.
    И кто заплату из ткани суровой
    К ветхой одежде бы стал пришивать,
    Будет лишь больше лоскут тот здоровый
    Ризу худую тогда раздирать.
    Или кто вздумает неосторожно
    Влить в старый мех молодое вино?
    Мех разрывает оно ненадежный,
    И погибает и мех, и оно.
    Новая влага младого вина
    Только в мех новый вливаться должна».
    
    Зрелыми Господу как-то полями
    В праздник субботы случилось идти,
    Ученики же Христовы руками
    Рвали колосья во время пути.
    «Как позволяешь в субботу Ты это?» -
    Молвил Ему фарисеев собор,
    Но удостоил такого ответа
    Их Искупитель на этот укор:
    «Иль вы о том не читали в писанье,
    Как царь Давид в те часы поступил,
    В кои нуждался с друзьями в питанье
    И утолить с ними голод спешил?
    С Авиафарова он позволенья
    В скинию Божью войдя той порой,
    Хлебы священные ел предложенья,
    Дав и друзьям своим пищи святой,
    Что лишь священникам можно вкушать».
    Благоволил им Спаситель сказать,
    Кроме того, наставленье такое:
    «Для человека Творец учредил
    Отдыха дни и святого покоя,
    А не его Он для них сотворил,
    А потому Человеческий Сын
    Есть и субботняго дня Господин».
    
    Глава 3
    
    Вошел в синагогу Он снова
    В субботу, а тою порой
    В ней был человек нездоровый,
    Рукой не владел он одной.
    Противники Господа ждали,
    Что вот спасет мужа Христос,
    Улик они жадно искали,
    Чтоб сделать начальству донос.
    Но вызвал Спаситель больного
    И стать посреди приказал,
    Врагов же лукавых сурово
    И грозно вдруг спрашивать стал:
    «Что в праздники должно святые,
    По вашему мненью, творить?
    Деянья благия иль злыя?
    Собратьев спасать иль губить?»
    Хранили враги те молчанье,
    И с гневом Господь посмотрел
    На злобное это собранье,
    И вместе душой воскорбел
    О пагубном их развращенье,
    И тотчас больному сказал:
    «Простри свою руку». В мгновенье
    Простер он ту руку, и стал
    Владеть ей вполне, как другою.
    Враги же оставили дом
    И с иродианской толпою
    Пошли совещаться о том,
    Как Господа им погубить.
    
    Он с учениками Своими
    На берег уходит морской,
    Народ устремился за ними
    Туда же громадной толпой.
    Одни из краев Галилеи
    И из Иудеи пришли,
    Другие — из стран Идумеи
    И заиорданской земли.
    Из Тира сюда и Сидона
    Народа толпа собралась,
    И в этот уж край отдаленный
    О Господе весть донеслась.
    И отдал Господь повеленье
    Судно наготове держать,
    Дабы избежать угнетенья,
    Что стали толпы причинять:
    Дал многим Господь исцеленье,
    Недужный народ потому
    Стремился, ища облегченья,
    Чтоб лишь прикоснуться к Нему.
    И бесы пред Ним упадали,
    Едва увидав Его лик,
    «Сын Божий — Ты!» — духи кричали
    При этом, но демонов крик
    Зловредным Господь почитал
    И строго его запрещал
    
    Взойдя на одну Он вершину,
    Избрал, кого Сам пожелал,
    Избранников этих дружину
    К Себе Он на гору позвал.
    Двенадцать их было, с Собою
    Спаситель им быть приказал,
    На проповедь только порою
    Он их от Себя посылал,
    Дав власть им бесов изгонять
    И всякий недуг исцелять.
    В числе тех двенадцати Симон
    Во-первых был, имя Петра
    Ему дал Учитель небесный.
    Сыны Зеведея потом,
    Иаков — один назывался,
    Другой — Иоанном, Христос
    Им Воанергес дал прозванье,
    А значит то — «Грома сыны».
    Причислил Господь к ним Андрея,
    Филиппа, Матфея, Фому,
    Фаддея и Варфоломея,
    Иакова, сына Алфея
    И Симона, что Кананита
    Носил у народа прозванье,
    И Искариота Иуду,
    Что Господа предал потом.
    
    Был с ними Он в доме, и снова
    Народ собираться к ним стал,
    Покоя нигде никакого
    Он им во дни те не давал,
    И некогда было им даже
    Нередко и пищу вкушать.
    Родные Христовы тогда же
    Пришли, чтоб с собой Его взять,
    Им об Иисусе сказали,
    Что в разуме Он поврежден,
    А книжники распространяли,
    Что князя бесовского Он
    Имеет, и силою злою
    Смиряет нечистую рать.
    Призвавши врагов тех, такою
    Он речью их стал поучать:
    «Как может нечистая сила
    Себя самое изгонять?
    Своих она раз невзлюбила,
    Как царству ея устоять?
    Коль царство в себе разделится,
    К концу оно близко тогда,
    И скоро тот дом разорится,
    Где злая начнется вражда.
    И всякий, кто вещи захочет
    У сильного мужа отнять,
    Сначала о том пусть хлопочет,
    Чтоб этого мужа связать,
    Тогда лишь к нему он войдет
    И вещи его все возьмет.
    Все людям простятся хуленья,
    Кто ж Духа Святого хулит -
    Не будет тому отпущенья,
    Он вечной каре подлежит».
    Спаситель сказал это слово
    На речь нечестивую их,
    Что духа имеет Он злого.
    И вот ко Христу в этот миг
    И матерь, и братья прибыли,
    Снаружи стоя у дверей,
    Они чрез других попросили,
    Чтоб вышел Господь к ним скорей.
    А те Иисусу сказали:
    «Стоят там родные твои».
    Но вот, что в ответ услыхали:
    «Кто Матерь и братья мои?»
    Обвел тут народ Он очами,
    Что тою порой поучал,
    Потом на вопрос Свой словами
    Такими пред ним отвечал:
    «Вот кто Мои люди родные:
    Кто будет всегда соблюдать
    Мои наставленья святыя,
    Тот брат, и сестра Мне, и мать».
    
    Глава 4
    
    На берег моря удалиться
    Опять Спаситель восхотел,
    Народ, собравшись, стал тесниться
    К нему, тогда Он в лодку сел.
    Толпы осталися на суше,
    А Он из лодки их учил,
    И пробуждая эти души,
    И много в притчах говорил:
    «Вот вышел сеятель в то время,
    Когда он сеял, то одно
    Его в дорогу пало семя,
    И стало снедью птиц оно.
    На каменистый грунт, где мало
    Порой имеется земли,
    Семян достаточно упало,
    И тотчас все они взошли,
    Но начал солнца жар жестоко
    Палить те всходы, и как был
    В земле их корень неглубоко,
    То скоро он их изсушил.
    Упало в тернии иное
    Зерно хозяйское тогда,
    Их заглушило тернье злое,
    Они остались без плода.
    На почву добрую упали
    Иные зерна, в тридцать крат
    Они плоды впоследствьи дали
    И даже в сто иль в шестьдесят».
    «Кто уши чуткия имеет, -
    Господь при этом возгласил, -
    Речь уст моих да разумеет».
    Когда ж один Спаситель был,
    Двенадцать с прочими спросили
    Его о смысле притчи той,
    И вот в ответ что получили:
    «Вам дал Создатель всеблагой
    Знать тайны царствия Христова,
    Народу ж притчи Я даю,
    И вот, хотя он слышит слово
    И оком славу зрит Мою,
    Но смысла Божия ученья
    Не в состоянии понять,
    Чтоб мог Всевышний оставленье
    Им прегрешений даровать.
    Но неужель вы не найдете
    Разгадки притчи столь простой?
    Так как же прочее поймете?» -
    Сказал Учитель им святой.
    Потом такое объясненье
    Он притчи им Своей дает:
    «Зерно — есть Божие ученье,
    На путь же павшее — есть тот,
    Кто Слову Божию внимает,
    Но вот приходит сатана
    И вмиг из сердца похищает
    У них святыя семена.
    Грунт каменистый означает
    Того, кто слова Моего
    Глас с увлеченьем принимает,
    Но нет корней в душе его,
    Непостоянством он страдает,
    И слову истины Моей
    Легко и скоро изменяет
    Во дни напастей и скорбей.
    Тех грунт тернистый означает,
    Кто слышат слово, но у них
    Его богатство заглушает,
    А также ряд забот земных.
    А кто слова услышит Божьи
    И их, храня плоды, творят,
    На почву добрую похожи,
    Что плод дает и во сто крат.
    Кто, — молвил тут Господь, — скрывает
    Свои лампады под кровать?
    Он на виду их помещает,
    Чтоб людям свет могли давать.
    И тайны нет такой на свете,
    Что не открылась бы в свой час,
    Узнаем мы о том предмете,
    Что скрыт теперь от всяких глаз.
    Кто уши чуткия имеет,
    Смысл слов Моих да разумеет».
    Сказал потом Господь созданья,
    Уча своих учеников:
    «Так прилагайте все старанье,
    Чтоб в смысл Моих проникнуть слов.
    Какою мерою ведь сами
    Вы мерить будете, такой
    Дано вам будет небесами
    И даже щедрою рукой
    Пошлет вам больше Царь творенья,
    К имущим сами ведь текут
    Струей обильною именья,
    А неимущий, бедный люд
    Добро последнее теряет,
    Каким еще он обладает»
    
    Такое приточное слово
    Им Иисус сказал затем:
    «Святое царствие Христово
    Сравнить еще могу Я с тем,
    Когда кто в землю бросит семя,
    Спокоен он, себя ведет
    Он, как обычно в это время, -
    Спит по ночам, в свой срок встает,
    И как то семя прозябает,
    Он ничего о том не знает,
    Сама собой ведь вырастает
    Сначала зелень, а потом
    В ней колос скоро созревает,
    И зерна полныя на нем.
    Когда ж хозяин тот узнает,
    Что плод семян совсем созрел,
    То серп немедля посылает:
    Час жатвы радостный приспел».
    
    Сказал еще Господь творенья:
    «С чем царство Божье Мне сравнить?
    Какое вам употребленье
    Его могло бы уяснить?
    С зерном его горчичным можно
    Сравнить вполне, ведь то зерно
    Едва заметно и ничтожно
    И меньше всех семян оно,
    Но как однако возрастает,
    Когда на землю упадет!
    Всех злаков больше уж бывает
    Оно в то время и дает
    Такия ветви, что гнездиться
    На них с удобством может птица».
    Вот притчами тогда какими
    Толпы Спаситель поучал,
    И говорить без притчей с ними
    Он в это время не желал.
    И этих притчей объясненье
    Он лишь апостолам давал,
    Как где-нибудь в уединенье,
    Случалось, с ними пребывал.
    
    А вечером в день тот Учитель святой
    Отплыть пожелал вдруг на берег другой.
    Апостолы тотчас народ отпустили
    И в лодке, где был Он, с Ним вместе отплыли,
    А также и лодки другия отбыли.
    Вдруг страшная буря завыла тогда,
    И лодку наполнить грозила вода,
    Но спал на возглавии в эти мгновенья
    Сном мирным великий Создатель творенья.
    И ученики Его стали будить,
    С тревогой смертельною так говорить:
    «Что Ты к нам относишься так безучастно,
    Мы скоро погибнем от бури ужасной».
    И ветру Он, встав, перестать приказал,
    А морю «уймися, утихни» сказал.
    И вмиг все умолкло, и тишь вдруг настала,
    Как будто волнения вод не бывало.
    «Что так у вас робки и слабы сердца
    И как у вас веры нет в промысл Творца?» -
    Апостолам молвил Спаситель с упреком,
    Они ж в изумленье были глубоком,
    Друг другу они говорили тогда:
    «Кто ж это, что воздух Ему и вода
    Покорны, и вмиг Его волю творят?»
    
    Глава 5
    
    Но вот по утихшим приплыли водам
    Они Гадаринской земли к берегам.
    Едва лишь в стране той Господь показался,
    Как муж бесноватый Ему повстречался,
    Гробницы жилищем служили ему,
    И не удалось укротить никому
    Свирепость и дикость его: кандалами
    Пытались его удержать и цепями,
    Но он кандалы те всегда разбивал
    И с силою узы цепей разрывал.
    И вот он на горы в гроба удалился
    И с криком о камни все время там бился.
    Христа издалека больной увидал,
    К нему подбежал он и в ноги упал,
    И громко такое сказал Ему слово:
    «Что трогать Тебе нас, Сын Бога живого?
    Тебя заклинаю Создателем я,
    Оставь, Иисусе, не мучи меня!»
    А бес потому так вопил громогласно,
    Что выйти Спаситель велел ему властно.
    «А как тебе имя?» — спросил его Он,
    Ответил злой демон Ему: «Легион,
    Нас в этой душе поселилось немало».
    И скопище злое Христа умоляло,
    Дабы Он не гнал их из этой земли.
    Свиней на горе здесь в то время пасли
    И стали молить Его жители ада:
    «Позволь нам вселиться в свиное хоть стадо».
    Позволил Спаситель, и тотчас в него
    Они удалились из мужа того.
    Свиней же в том стаде с две тысячи было,
    Когда в них вселилась нечистая сила,
    То вдруг они ринулись в море тогда,
    И всех до одной потопила вода.
    Пасущие в город в тот миг убежали,
    И в нем, и в селеньях о всем рассказали,
    Пришли сюда жители этой земли
    И здесь Иисуса с тем мужем нашли.
    Как здравым Его увидала толпа та,
    То страхом тотчас же была вся объята.
    Когда ж очевидцы поведали ей
    О чуде с больным и со стадом свиней,
    То с просьбой народ тот к Христу обратился,
    Чтоб Он из пределов его удалился.
    В тот миг, когда в лодку Спаситель входил,
    Его исцеленный усердно просил,
    Чтоб взял исцелитель с собой его вместе,
    Но этой его не сподобил Он чести,
    В родной приказал идти ему дом,
    Чтоб там он своим сообщил обо всем,
    Что сделал ему Повелитель небесной.
    И в Десятиградьи о силе чудесной
    Христа, удалившись, он всем возвещал
    И повестью чудной людей удивлял.
    
    Спаситель же к прежним прибыл берегам,
    И много народа пришло к Нему там.
    Когда Он у моря еще находился,
    То вот Иаир к Нему некто явился,
    Архисинагогам муж этот служил.
    К стопам Иисуса он, павши, просил:
    «Уж дочь моя к смертной приблизилась муке,
    Приди возложи на нее Свои руки,
    Жива чтоб она и здорова была».
    Пошел Искупитель, с Ним вместе пошла
    Толпа и безмерно Его утесняла.
    О Господе женщина много слыхала,
    Что кровотечения немощь несла
    Двенадцать уж лет, у врачей не могла
    Она никакого найти облегченья,
    Но все свои средства отдав на леченье,
    Лишь больше недуг усилила свой.
    И вот она сзади к Христу в толпе той
    Приблизилась, Его чуть коснулась одежды,
    Сиял в ней луч веры живой и надежды,
    Что это подаст исцеление ей,
    И точно спаслася от муки своей,
    Она ощутила по прикосновенью,
    Что в ней прекратилосья кровотечение.
    Но силу исшедшую тут ощутил
    Господь из Себя, и тотчас же спросил:
    «Кто ризы Моей здесь сейчас прикоснулся?»
    Назад Он при этом в толпе обернулся.
    А ученики отвечали Ему:
    «Ты видишь народа вблизи Себя тьму
    И просишь сказать, кто к Тебе прикасался!»
    Господь же в то время очами старался
    Виновницу этого дела найти,
    И женщина эта тогда подойти
    К Христу, вся трепеща от страха, решилась,
    Спасителю в ноги она поклонилась,
    Поведая все, что случилося с ней.
    Господь же сказал ей: «Ты верой своей,
    Сподобилась, дочь моя, дара такого,
    Иди же, и будь от недуга здорова».
    Как с женщиной этой Господь говорил,
    Архисинагог тогда весть получил:
    «Скончалась уж дочь твоя волей всевышней,
    Что труд доставляешь Учителю лишний?»
    Когда это слово Господь услыхал,
    Отца Он скончавшейся так ободрял:
    «Не бойся, и верой крепися живою!»
    И всем запретил Он идти за Собою,
    Петра и сынов Зеведея лишь взял.
    Войдя к Иаиру Он в дом, увидал
    Смятение, слезы и вой причитаний,
    И молвил на это Владыка созданий:
    «К чему эти слезы, смятение, стон?
    Не смерть ведь постигла девицу, а сон».
    И подняли на смех Его заявленье,
    Спаситель отдал тогда повеленье
    Всех выслать из дома начальника вон.
    Когда же исполнили это, то Он,
    Родителей взявши, вошел вместе с ними,
    А также и с теми друзьями троими
    Туда, где покойник в то время лежал,
    И мертвую, взяв Он за руку, сказал:
    «Возстани, девица!» — и вмиг она встала
    С одра, и ходить по той комнате стала.
    Двенадцати лет уж была та девица,
    И стали все силе Господней дивиться,
    Но строго велел Он о чуде молчать,
    Дабы не могли о Нем люди узнать.
    А ту, что Господь восхотел оживить,
    Он пищей тогда приказал подкрепить.
    
    Глава 6
    
    C учениками Спаситель пришел
    В город родной, и в субботу вошел
    Он в синагогу, и начал ученье
    В ней предлагать, и народ в изумленье
    Так говорить о Христе тогда стал:
    «Кто Ему мудрость такую послал
    И одарил щедро силой чудесной?
    Плотник ведь Он хорошо нам известный,
    Знаем отлично Его мы родных,
    Матерь Марию и всех остальных,
    Братьев, сестер, что живут между нами».
    Так сомневались своими умами
    О Христе жители града того
    И получили в ответ от Него:
    «Всюду пророка народ принимает,
    Только отчизна одна отвергает».
    И, исцеливши немногих больных,
    Больше чудес не творил Он для них,
    Злому неверью их Он удивился,
    В ближния села от них удалился
    И, обходя их, народ поучал.
    
    Учеников тех двенадцать позвал
    После того Искупитель, и стал
    Он посылать их попарно в то время,
    Чудную силу нечистое племя
    Демонов дал им притом изгонять
    И так изволил Он их поучать:
    «В путь вы с собой ничего не берите,
    Посох один лишь в дорогу возьмите,
    Хлеба и всяких припасов в сумах,
    Даже и медных монет в поясах
    Быть того вовсе не должно при вас.
    И не берите сандалий в запас,
    Что на ногах лишь с собою имейте,
    И носить по два хитона не смейте.
    Если войдете в какой-нибудь дом,
    То до тех пор оставайтеся в нем,
    Как уходить вам придется оттуда.
    Если ж от грубого где-нибудь люда
    Встретите дерзкий себе вы отказ
    И никто слушать не будет там вас,
    С ног на них прах, уходя, отрясите
    И отлученье им тем объявите.
    Знайте, что легче Гоморр и Содом
    Будут наказаны Божьим судом,
    Чем обитатели города злого».
    Вышло святое посольство Христово
    И покаянью учило людей,
    Демонов много в теченье тех дней
    Силой Христовой они укротили,
    Также немало больных исцелили,
    Их помазуя елеем при том, -
    Как заповедано было Христом.
    
    Всюду Спаситель известен уж стал,
    Ирод же, слыша о Нем, полагал:
    «Это пророк мной казненный возстал».
    Был Иоанн им пред тем арестован
    И содержался в темнице окован.
    С Иродиадою братней женой
    В связь он плотскую вступил той порой,
    А Иоанн говорил ему смело,
    Чтоб он оставил преступное дело.
    Иродиада за то стала мстить,
    Божья пророка решила убить.
    Долго ей случай к тому не давался,
    Ирод пророка святого боялся,
    Праведным мужем его он считал,
    И потому его жизнь соблюдал,
    Слушал охотно его он ученье,
    Часто его исполнял наставленья.
    Но наконец день удобный настал,
    Царь годовщину рожденья справлял,
    В день этот пир он устроил богатый,
    Знать всю к себе пригласивши в палаты.
    Дочери Иродиады гостей
    Вздумалось пляской потешить своей,
    Всех она ей привела в восхищенье,
    Ирод же так ей сказал в упоенье:
    «Что лишь желаешь, проси у меня,
    Даже полцарства отдам тебе я».
    Клятвой скрепил он свое обещанье.
    В тот же миг к матери на совещанье
    С пира плясовица эта спешит.
    «Что у царя мне просить?» — говорит.
    «Мне головы Иоанна лишь надо», -
    Дочери молвила Иродиада.
    Злобным советом ея прельщена,
    К Ироду спешно вернулась она.
    «Тотчас на блюде главу Иоанна
    Дай мне», — сказала, и просьбой нежданной
    Ирод безумный весьма был смущен,
    Клятвой, однако, нелепою он
    Связан. Девицы исполнил прошенье,
    Оруженосцу он дал повеленье,
    И тот пророку главу отрубил.
    Взявши, на блюдо ее положил,
    И в таком виде девице безстыдной
    Отдал ее он, и дочь той ехидны
    К ней свою страшную мзду отнесла.
    Ученики Иоанна дела
    С скорбью сердечной услышав такия
    Тотчас пришли, и останки святыя
    С честию в гроб положили они.
    
    А те двенадцать вернулись в те дни
    И Самому обо всем сообщили,
    Что в путешествьи они совершили.
    Молвил тогда им Учитель святой:
    «Отдых вам нужен теперь и покой,
    В край отдаленный одни отплывите,
    И там немного хотя отдохните».
    Их окружала толпа всякий час,
    Есть было некогда им иной раз.
    И вот с Учителем в уединенье
    В лодке отплыли они. То мгновенье
    Видел, однако, народ и узнал,
    В местность какую Господь отбывал.
    И побежали в тот край отовсюду,
    Так что скопилось там множество люду.
    Вышел Христос, и когда Он узрел
    Этот народ, то его пожалел:
    Теми казался Ему он овцами,
    Кои без пастыря бродят местами.
    Начал Спаситель учить их в тот раз,
    Но как вечерний приблизился час,
    Ученики сообщили с тревогой:
    «Край здесь пустынный, а времени много,
    Нужно, Учитель, народ отпустить,
    Чтоб мог в селенье он пищи купить,
    Он не имеет с собою съестного».
    Молвил на это такое Он слово:
    «Вы должны этот народ напитать».
    Стали они, удивясь, возражать:
    «Но неужель нам ходить по селеньям
    Этому множеству за прокормленьем?
    Двести динаров притом лишь у нас».
    «Сколько здесь хлебов найдется сейчас?» -
    Молвил Он. Те, разузнавши, сказали:
    «Хлебов пяток с парой рыб мы сыскали».
    И на зеленой траве тогда там
    Сесть повелел Господь этим толпам.
    Сели они по полсотни и по сту рядами,
    Он же, взяв хлеб и воззревши очами
    К небу, молитву над ним сотворил
    И те пять хлебов и рыб разделил,
    Ученики же их людям раздали,
    До насыщения все их вкушали.
    И набралося остатков двенадцать корзин,
    Евших же было пять тысяч мужчин.
    Тотчас же после великого чуда
    Учеников Он понудил отсюда
    Плыть к Вифсанды на берег другой.
    «Я же, — сказал Он им, — тою порой
    Думаю с этим народом проститься».
    После взошел Он на гору молиться.
    Поздняя очень пора уж была,
    Лодка тогда среди моря плыла.
    Он же, от них находяся далеко,
    Видел, что плаванье было жестоко:
    Ветер насупротив волны им нес.
    В стражу четвертую ночи Христос
    Стал к ним, идя по волнам, приближаться
    И уже начал от них удаляться.
    Призраком счел то апостолов лик,
    Все испугались и издали крик.
    Он же сказал им: «Душой укрепитесь,
    Я это Сам, ничего не страшитесь».
    В лодку вошел Он, и ветер утих
    Ужас объял тогда души у них -
    Не вразумило их с хлебами чудо,
    Были сердца у них грубы покуда.
    И, переправясь чрез море, пришли
    К берегу Геннисаретской земли.
    Лишь выходить на него они стали,
    Многие Господа тотчас узнали
    И, объезжавши окрестности те
    Всем о святом сообщили Христе,
    И вот больных приносить к Нему стали
    В те места, где, как они узнавали
    Был в это время Целитель святой,
    И куда Он ни входил в стране той
    В город ли, в хутор, в селенье -
    Всюду на улицы их населенье
    Там выносило недужных своих
    И умоляло, чтоб к краю хоть риз Он своих
    Дал прикоснуться, и кто прикасались,
    Те от недугов своих исцелялись.
    
    Глава 7
    
    Собрались во время оно
    Фарисеи ко Христу,
    Из столицы люд ученый
    Также прибыл в пору ту.
    Эти люди поглядели
    Грех большой, по мненью их,
    Что апостолы хлеб ели,
    Не умывши рук своих.
    Старцев ведь преданья строго
    Иудеи все хранят,
    Омовений всяких много,
    Повинуясь им, творят:
    За трапезу не садятся,
    Рук не вымыв до локтей,
    И как с рынка возвратятся -
    Тело моют перед ней.
    Наблюдают омовенье
    Чашек, блюд, котлов, скамей,
    Совершают очищенье
    И других своих вещей.
    Потому те люди стали
    Иисуса укорять:
    «Как предания, — сказали, -
    Ты позволил нарушать?
    Есть немытыми руками
    Разрешил ученикам».
    Но такими Он словами
    Дал ответ своим врагам:
    «Хорошо во дни былые
    Говорил о вас пророк:
    «Честь устами люди злые
    Воздают Мне, но далек
    От Меня их дух развратный,
    Но напрасно чтут Меня
    Отвергая благодатный
    Мой закон, а свой храня».
    Вы прозрели волю Бога,
    Но, храня преданий ряд,
    Чашки моете, и много
    Дел таких у вас творят.
    Хорошо ли для преданья
    Волю Божью нарушать?»
    Повелел Господь созданья
    Почитать отца и мать.
    «Кто, — сказал Он, — их злословит,
    Смертной казни подлежит.
    Что же сонм ваш суесловит?
    Так он, знаю, говорит:
    «Кто отцу о вещи скажет,
    Что она корван Творцу,
    Этим тот себя обяжет
    Не давать ее отцу».
    Так вы учите презренно
    Оставлять отца и мать,
    И закон небес священный
    Для преданья отметать».
    И к Себе Господь созданья
    Всю толпу тогда позвал
    И такое назиданье
    Ей со властью преподал:
    «Всех прошу вас Мне внимать
    И смысл слов Моих понять:
    Что снаружи внутрь нас входит -
    Нас не может осквернить,
    То лишь, что из нас выходит, -
    Может душу загрязнить.
    Тот, кто чуткий слух имеет,
    Речь Мою да разумеет!»
    Как апостолы спросили
    О значенье этих слов,
    То упрек вдруг получили
    От Создателя веков:
    «Так и в вас нет разуменья!
    Иль так трудно вам понять,
    Что не может оскверненья
    Тот предмет нам причинять,
    Что снаружи в нас войдет?
    Чей же разум не поймет,
    Что не в сердце поступает
    Он, но во чрево, а потом
    Чрево все то извергает,
    Что нечистого есть в нем.
    То сквернит сердца людския,
    Что они наружу шлют.
    Не из сердца ль мысли злыя,
    Гнев, коварство, кражи, блуд,
    Зависть, гордость и хуленья,
    И неверность, и разврат,
    И убийства, и хищенья,
    И пороков прочих ряд.
    Вот что сердце посылает
    И себя тем оскверняет».
    
    Восхотел Спаситель мира
    Из страны уйти родной,
    И Сидона Он, и Тира
    Удалился в край чужой.
    И от всех желая скрыться,
    Там в один вошел Он дом,
    Но не мог Он утаиться:
    О Целителе святом
    Скоро женщина узнала,
    Дочь у ней от силы злой
    Тяжко в эти дни страдала,
    И жена, своей бедой
    Удрученная, решила
    Ко Христу явиться в дом,
    И, припав к стопам, молила
    Искупителя о том,
    Чтоб спасительным веленьем
    Укротил Он силу зла,
    А она происхожденьем
    Финикиянка была.
    «Чад Мне дай сперва насытить, -
    Так судил Он ей сказать, -
    Можно ль хлеб у чад похитить
    И презренным псам отдать?»
    Но отказ лишь получила
    Эта бедная жена,
    Так тотчас же возразила,
    Им ничуть не смущена:
    «Это так, но ведь все знают,
    Что и псам поесть дают
    Тех крупиц, что упадают
    К ним под стол из детских блюд».
    Молвил Он: «За это слово
    Все дано: ступай домой,
    Дочь твоя уже здорова,
    Дух оставил ее злой».
    И, вернувшись, на постели
    Дочь свою она нашла,
    Посмотрела: в самом деле
    Духа не было в ней зла.
    
    А Господь с чужбины вскоре
    В край родной опять пошел,
    Чрез Декаполь вновь на море
    Галилейское пришел,
    Приведя глухонемого,
    Здесь народ Его просил,
    Чтобы руки на больного
    Искупитель возложил.
    Вдаль Господь того страдальца
    От людских отвел очей,
    И ему Свои два пальца
    Внутрь вложил больных ушей,
    И язык Своей слюною
    Он ему помазал там,
    И, вздохнувши, той порою,
    И воззревши к небесам,
    «Еффава (отверзнись)!» — властно
    Немощному приказал.
    И в мгновение несчастный
    Говорить и слышать стал.
    Запретил Господь о чуде
    Кому-либо сообщать,
    Но лишь более те люди
    О нем стали разглашать.
    Чрезвычайно той порою
    Весь народ был изумлен,
    Говоря между собою:
    «Все творит прекрасно Он:
    Отверзает слух глухим
    И дарует речь немым».
    
    Глава 8
    
    Громадными как-то толпами явился
    Народ к Иисусу в теченье тех дней,
    И с словом Он к ученикам обратился:
    «Жалею, — сказал Он, — Я этих людей:
    Три дня уж они пребывают со Мною,
    А пищи они не имеют с собой.
    Народ не могу Я спокойной душою
    Отправить не евши отсюда домой.
    Пришли издалека из них ведь иные,
    Путь дальний их может совсем истомить».
    Апостолы, речи услышав такия,
    Дерзнули Учителю так возразить:
    «Откуда взять хлеба в пустыне безлюдной,
    Чтоб этот насытить безчисленный люд?»
    «А сколько, — сказал им Учитель их чудный, -
    Имеется хлебов сейчас у них тут?»
    «Семь», — те отвечали. И дал повеленье
    На землю возлечь Он всем этим толпам,
    Над хлебами Вышнему воздал хваленье,
    Потом, преломивши их, ученикам
    Он отдал, чтоб людям они их раздали,
    И начали всем их они раздавать.
    Немного и рыбок тогда отыскали,
    И их, помолившись, велел Он раздать.
    Когда ж все насытились пищей чудесной,
    Кусков было собрано семь коробов,
    А всех возлежавших, как стало известно,
    Четыре здесь тысячи было голов.
    
    Как только Спаситель с народом простился,
    Он с учениками своими отплыл
    В края Далмануфы, и как здесь явился,
    То встречен толпой фарисеев Он был.
    И в спор с ним жестокий вступив, они стали
    Лукаво вопросы Ему предлагать,
    И с просьбою дерзкой к Нему приставали
    Им знаменье с неба от Господа дать.
    Вздохнувши глубоко, сказал Он сурово:
    «Зачем себе ищет род этот чудес?
    Поверьте Мне, чуда не даст никакого
    Развратному роду Владыка небес».
    И спешно оставил Спаситель толпу ту,
     Обратно отплыв от ней в ту же минуту.
    
    Взять в тот раз апостолы хлебов с собою
    Забыли, и хлеб был один лишь у них.
    Господь же их стал вразумлять той порою:
    «Смотрите, страшитесь заквасок дурных
    И Ирода, и фарисеев собранья».
     У них же возник тогда помысл такой:
    «Он это дает потому приказанье,
    Что не взяли хлебов мы в лодку с собой».
    Сказал Он, узнав помышленья такия:
    «Зачем эти мысли о хлебе у вас?
    Что вещи понять не хотите простыя?
    Ужель вы так тупы еще и сейчас?
    Имеете очи, имеете уши,
    А зренья и слуха у вас еще нет.
    Как ваши беспамятны грубыя души
    Легко забывают чудес моих свет!
    Скажите Мне, сколько корзин вы набрали,
    Когда я пять тысяч людей напитал?»
    «Двенадцать», — апостолы робко сказали.
    «А как четырем Я тем тысячам дал,
    Питанье, то сколько кусков там осталось?»
    Сказали они Ему: «Семь коробов».
    «Куда ж у вас разум и память девалась?» -
    Тогда упрекнул их Создатель веков.
    
    Пришли в Вифсаиду, Владыку творенья
    Просили слепцу здесь коснуться к очам.
    Господь его вывел тогда из селенья
    И плюнул на очи ослепшия там,
    И руки потом на слепца возложивши:
    «Что видишь ты, — молвил, — теперь пред собой?»
    Ответил недужный, свой взор устремивши:
    «Народ, как деревья, идет предо мной».
    Вновь руки Господь возложил на слепого,
    И видеть все ясно очами он стал.
    Домой отсылая, Спаситель сурово
    Прозревшему мужу при этом сказал:
    «Не должен в селение ты заходить
    И об исцеленье своем говорить».
    
    Направился с учениками своими
    К Филипповой раз Кесарии Христос,
    И вот на пути Он, беседуя с ними,
    Такой предложил им однажды вопрос:
    «Кем люди, скажите, Меня почитают?»
    Ответ они дали на это такой:
    «Одни Иоанном тебя величают,
    Признал Илиею пророком иной,
    А кто за пророка другого считает».
    «А мнение ваше о Мне каково?»
    Тогда Искупитель их вновь вопрошает
    «Христос — Ты», — Петр молвил на слово Его.
    Но им запретил Повелитель творенья
    Об этом в народе пока разглашать,
    И стал поучать Он их в эти мгновенья,
    Что надобно много Ему пострадать,
    Что будет отвергнуть Он властью безчестной
    И даже убит ея лживым судом,
    Но что Он воскреснет чрез три дня чудесно,
    И Он говорил не стесняясь о том.
    Отвел Его в сторону Симон немного
    И резко на то возражать Ему стал,
    Но, к ученикам обернувшись, Он строго
    Ему перед ними на это сказал:
    «Уйди от Меня, Искуситель лукавый,
    Ты ищешь людской, а не Божией славы.
    
    Толпы подозвавши, Спаситель в то время,
    Учил их: «Кто следовать хочет за Мной,
    Пусть тот от Себя отречется, и бремя
    Креста да несет терпеливой душой.
    Тот, кто свою душу спасти пожелает,
    Погубит ее безразсудством своим,
    А кто ее ради Меня потеряет,
    Спасет ее к радостям вечно-живым.
    Пусть мир весь себе человек покорил бы,
    Что было бы пользы ему от того,
    Когда свою душу безумец сгубил бы,
    Не сделав для жизни ея ничего?
    Ужель какой выкуп он может представить,
    Чтоб душу избавить от гибели злой?
    Кто в пренебреженье дерзнет ведь оставить
    Меня и учение, данное Мной,
    Презреньем и Я тех в то время покрою,
    Когда Я на землю во славе Отца
    Явлюся с небесною силой святою
    И царствовать буду все дни без конца».
    
    Глава 9
    
    «И уст моих слову, прошу вас, поверьте:
    Уж скоро наступят те славные дни,
    Еще не увидят одни из вас смерти,
    Как с силой уже засияют они».
    
    Как прошло после этой беседы шесть дней,
    Взяв Петра и сынов Зеведея с собою,
    Он взошел на высокую гору, на ней
    Кроме них, людей не было тою порою.
    И вот преобразился пред ним Он там,
    Заблистали Христовы тогда одеянья,
    Чрезвычайно белея, как снег, — мастерам
    Так не выбелить нашим при всем их старанье.
    И явились в тот час Моисей с Илией,
    С Иисусом святая чета говорила.
    Обратился и Петр к Нему с речью такой:
    «Хорошо б навсегда здесь остаться нам было.
    Так три кущи построим мы в этих местах -
    Для жилища Тебе и Господним пророкам».
    Сам отчета в своих не давал он словах,
    Ибо в страхе апостолы были глубоком.
     И вдруг облак явился и их осенил,
    И был голос из облака в эти мгновенья:
    «Это Сын Мой возлюбленный, — Он говорил, -
    Соблюдайте же свято Его наставленья».
    И внезапно они, осмотревшись кругом,
    Лишь Христа одного при себе увидали,
    А как стали с горы той спускаться потом,
    Повеленье они от Христа услыхали:
    «О виденье не смейте другим сообщать
    До великого дня Моего воскресенья».
    «О каком воскресении речь», — разсуждать
    Меж собой они начали в недоуменье.
    Иисусу потом предложили вопрос:
    «Как же книжники учат, что должен сначала
    Илия к нам явиться?» Ответил Христос:
    «Верно вам этот раз их собранье сказало,
    Для устройства всех дел пророк прежде придет,
    Но ведь как о Христе говорится в писанье:
    Что отвергнет Его ослепленный народ,
    И что Он претерпеть должен много страданий,
    Так поступят они и с Ильею святым.
    Но Я должен сказать, что Илья уж явился,
    Но безумные люди все сделали с ним,
    На что только их ум развращенный решился».
    
    Как к апостолам прочим Господь подошел,
    Они были толпой окружены большою,
    И спор с ними о чем-то ученый люд вел,
    А народ, увидав вдруг Христа пред собою,
    Весь к Нему побежал, посылая привет,
    Он же к книжникам с словом таким обратился:
    «Знать желательно споров Мне ваших предмет».
    Но тогда из толпы человек вдруг явился,
    «Я привесть к Тебе сына решил моего, -
    Так он стал говорить о беде своей тяжкой, -
    Дух немой безпощадно терзает его,
    Где ни схватит, он корчами мучит бедняжку,
    Заставляет и пену притом испускать,
    И зубами скрипеть в это время ужасно,
    А к концу всего в оцепененье впадать.
    Твоих учеников я о жертве несчастной
    Злого духа просил, но они не могли
    Спасти нас от напасти и муки безмерной».
    И воскликнул тогда Искупитель земли:
    «О, доколь же быть Мне у вас, род неверный?
    И как долго еще терпеть надо Мне вас?
    Приведите ко Мне немощного сюда вы».
    И едва тот увидел Христа, так сотряс
    Его с силою страшною демон лукавый,
    Он на землю упал и валялся на ней,
    Пену в эти минуты из уст испуская.
    А Господь вопросил у отца: «С каких дней
    С твоим сыном случилась беда эта злая?»
    «Еще с детства, — родитель Ему отвечал, -
    И чтоб сына известь до конца, демон злостный
    Его в воду не раз и в огонь повергал,
    Так коль можешь — спасти нас от муки несносной,
    Прошу — сжалься, Учитель, над нашей бедой».
    Отвечал Иисус: «Когда б проблеск ничтожный
    Мог иметь в своем сердце ты веры живой,
    То все б было для вернаго сердца возможно».
    Со слезами воскликнул родитель Ему:
    «Верю я, но Ты Сам во мне веру усили».
    И тогда Иисус, увидав, что к Нему
    Уж народа большия толпы подходили,
    Обратившись к нечистому духу сказал:
    «Я даю тебе, дух безсловесный, веленье,
    Чтоб ты вышел и больше входить не дерзал».
    И больного оставил он в то же мгновенье
    С сильным криком и корчами тела всего.
    И лежал на земле тот без чувств и движенья,
    Так что стали считать уж умершим его.
    Но Господь, довершая его исцеленье,
    Взял за руку его, и, поднявшись, он встал.
    Когда в дом от народа Господь удалился,
    Сонм апостолов там вопрошать его стал:
    «Отчего с нами этот позор прилучился,
    Что тьмы духа не в силах мы были изгнать?»
    Отвечая такое, Он дал наставленье:
    «Изгоняется злая диавола рать
    Лишь посредством молитв и пощенья».
    
    Когда Он вышел из страны той,
    То Галилеей проходил,
    Но не желал здесь жить открыто,
    Своих апостолов учил
    Тогда Он так: «В людския руки
    Я буду предан, и Меня
    Убьют безумцы после муки,
    Но я воскресну чрез три дня».
    Но не могли таких учений
    Понять значения они,
    А попросить их объяснений
    Они боялись в эти дни.
    В Капернаум они прибыли,
    Как здесь в одном Он доме был.
    «О чем в пути вы говорили
    Между собой?» — Он их спросил.
    Они на это промолчали
    По той причине, что в тот миг
    Между собою разсуждали
    О том, кто больше всех из них.
    И сел тогда Господь созданья,
    И всех двенадцать подозвав,
    Такое дал им назиданье,
    Дабы смирить их гордый нрав:
    «Последним должен быть слугою,
    Кто первым хочет быть из вас».
    Дитя средь них Своей рукою
    Господь поставил в этот час.
    И так, дитя то обнимая,
    Учил апостолов своих:
    «Тот, кто завет Мой соблюдая,
    Чтить будет искренно таких,
    Меня в лице их почитает,
    А почитающий Меня
    Творца созданья прославляет,
    Кем в мир сей грешный послан Я».
    «Мы человека раз видали,
    Твоею силой изгонял
    Он злых духов, но мы сказали,
    Чтоб впредь на то он не дерзал,
    Ходить не хочет ведь он с нами», -
    Тут Иоанн сказал Ему.
    Он молвил мудрыми устами:
     «Напрасно мужу вы тому
    Препятствье это учинили:
    Не станут скоро те хулить
    Меня, кто силу получили
    Мной эти знаменья творить.
    Того, как друга должно чтить,
    Кто вам врагом не хочет быть.
    Бог попечется о награде,
    Поверьте Мне, и для того,
    Кто напоит вас Христа ради
    Воды лишь чашею всего.
    Но будет тех горька судьбина,
    Ужасный ждет того конец,
    Кто соблазнит хотя едино
    Из верных Мне простых сердец.
    И лучше б им в пучине моря
    На шее с камнем смерть найти,
    Так то безмерно будет горе,
    Что им придется понести.
    Так избегайте же всемерно
    Всего, что может соблазнять,
    И если хоть рука примерно
    Начнет тебя к греху склонять,
    Ты отсеки ее нещадно:
    Без ней ведь лучше в жизнь войти,
    Чем с ней в геенне безотрадной
    Мученье вечное нести.
    Там, где злой червь не умирает
     И огнь лютой не угасает.
    Так поступайте и с ногою,
    Коль станет в грех она вводить:
    Гораздо лучше с хромотою
    Блаженство рая получить,
    Чем быть с обеими ногами
    В геенну ввержену, где жжет
    Огонь ужасными лучами
    И непрерывно червь грызет.
    И если будет в прегрешенье
    Тебя вводить твой даже глаз,
    Ты и его без сожаленья
    Решися вырвать в тот же час:
    Не лучше ль ведь с единым оком
    Свет Царства Божья получить,
    Чем там в мучении жестоком
    С двумя глазами жизнь влачить,
    Где червь лютой не умирает
    И злой огонь не угасает.
    Всем надо огнь иметь священный
    И соль духовную стяжать.
    Соль хороша, то несомненно,
    Но коль случится потерять
    Соленость ей, то, как известно,
    Ее нельзя уж возвратить.
    Храните ж соль в себе, и в тесной
    Старайтесь дружбе мирно жить».
    
    Глава 10
    
    Он Заиорданской страною
    Пошел в Иудею тогда,
    Народ там собрался толпою,
    И Он учил их, как всегда.
    Но вот фарисеи явились,
    И, чтобы на слове поймать,
    С вопросом к Христу обратились,
    Возможно ли брак расторгать?
    Спросил их Владыка творенья:
    «А как Моисей написал?»
    Ответили те: «Позволенье
    Он мужу в те дни даровал
    С женой разводиться своею,
    Письмо ей разводное дав».
    Сказал им Господь: «Моисею,
    Щадя лишь жестокий ваш нрав,
    Дать это пришлось позволенье.
    Но иначе Бог учредил,
    Всевышний в начале творенья
    Одну ведь чету сотворил,
    И вот почему оставляет
    Родителей всякий своих,
    Супругу себе выбирает,
    К ней так привязавшись, что их
    Не двое уже, но одною
    Становятся плотью они.
    И так, что десницей святою
    Связал Господь в древние дни,
    Того не дано никакого
    Вам права теперь расторгать».
    Как стали апостолы снова
    О том на дому вопрошать.
    Сказал им Владыка созданья:
    «Кто, бросив жену, заключит
    Брак новый — прелюбодеянья
    Пред Богом он грех сотворит.
    И если жена разойдется
    Безстыдно с супругом своим,
    То к прелюбодейцам причтется,
    Коль в брак она вступит с другим».
    
    Детей раз к Христу приносили,
    Дабы прикоснулся Он к ним,
    Но ученики запретили
    Ходить к Нему с делом таким.
    Господь им сказал негодуя,
    Узнав о поступке таком:
    «Оставьте помеху такую
    Чинить в безразсудстве своем.
    Прошу вас, скорее пустите
    Ко Мне те простыя сердца,
    Ведь царствие Божье, поймите,
    Таким суждено от Творца.
    Кто царствия Божья, как дети,
    Не примут смиренной душой,
    Жить те не сподобятся в свете
    Его красоты неземной».
    И обнял младенцев Владыка,
    И руки на них возложил,
    О каждом с любовью великой
    Молитву при том сотворил.
    
    Когда он в пути находился,
    То некто к нему подбежал,
    На землю пред ним поклонился
    И вот как Его вопрошал:
    «Что делать, благий мне Учитель,
    Чтоб в царстве Господнем был я?»
    «Зачем ты, — ответил Спаситель, -
    Благим называешь Меня?
    Благ лишь Вседержитель небесный,
    Храни же веленья Его,
    Какия давно вам известны:
    Презреньем покрой воровство,
    Страшись клеветы и разврата,
    Себя осквернять не дерзай
    Неправдой и кровию брата,
    Родителям честь воздавай».
    А муж тот ответил: «Все это
    Я с юности честно хранил».
    И после такого ответа
    Спаситель его полюбил
    И молвил Ему в назиданье:
    «Одно тебе надо: ступай,
    Продай все свое достоянье
    И братии бедной раздай.
    Богатством за это небесным
    Почтет тебя Царь всесвятой,
    Иди же, и с подвигом крестным
    Потом всегда следуй за Мной».
    Но слово услышав такое,
    Муж этот весьма был смущен:
    Имел он богатство большое,
    И с скорбью ушел тогда он.
    Спаситель тут молвил: «Как трудно
    Спастися земным богачам!»
    Но разум апостолов скудный
    Его изумился речам,
    А Он поучал их собранье:
    «Тем трудно лишь, дети мои,
    Спастися, кто все упованье
    Возложат на средства свои,
    И легче в игольные уши
    Верблюда заставить пролезть,
    Чем эти упорныя души
    В свет царствия Божия ввесть».
    Тут между с собой в изумленье
    Те начали так говорить:
    «Кому же возможно спасенье
    Тогда из людей получить?»
    «Чего своей силой ничтожной
    Никто бы не сделал из вас,
    Все это для Бога возможно», -
    Так Он вразумлял их в тот раз.
    Петр молвил Ему той порою:
    «Вот мы отреклись от всего,
    И следом пошли за Тобою».
    Сказал Он на слово его:
    «Кто для благовестья Христова
    Не стали б жалеть ничего,
    Ушли бы из дома родного,
    Покинув отца своего,
    И мать, и жену молодую,
    А также любимых детей
    И прочую братью родную
    А с ней и наделы полей.
    Все люди, поверьте, такие
    Благ больше в сто крат обретут
    Теперь уж, во дни эти злые,
    Когда нас гоненья гнетут.
    Когда ж этой жизни растленной
    Придет волей Божьей конец,
    Их жизни иной, всеблаженной
    Тогда удостоит Творец.
    И кто в числе первых здесь были,
    Последними будут в те дни,
    А кто за последних здесь слыли,
    Там первыми станут они.
    
    К столице они приближались,
    Шел смело Спаситель вперед,
    А ученики ужасались,
    За Ним подвигаясь в час тот.
    А он подозвал их и снова
    О том с ними речи стал весть,
    Что должен в пределах святого
    Он город был перенесть:
    «Вот город священный пред нами,
    И здесь присужден буду Я
    К злой смерти слепыми властями
    И выдадут власти Меня
    Язычникам на поруганье,
    Они же Меня оплюют,
    Подвергнут каре бичеванья
    И смерти потом предадут,
    Но по истеченье трех дней
    Возстану Я силой Своей».
    
    Тогда к Нему вдруг устремилась
    Сынов Заведея чета,
    Просить дерзновенно решилась
    Чего-то она у Христа.
    «Чего получить от Меня вы
    Хотите?» — у них Он спросил.
    «Учитель, во дни Твоей славы, -
    Сказали те Господу сил, -
    Дай сесть одному одесную
    Другому ошую Тебя».
    Услышавши просьбу такую
    И происков их невзлюбя,
    Ответил такими словами
    На них Искупитель святой:
    «Того вы не знаете сами,
    К чему так стремитесь душой.
    По силам ли будет вам чаша,
    Какую Я должен испить,
    И сердце готово ли ваше
    Себя там крещеньем крестить,
    Каким суждено Мне креститься?»
    Сказали они на вопрос:
    «Мы можем на это решиться».
    Но вот что им молвил Христос:
    «Испьете вы чашу святую,
    Креститесь крещеньем Моим,
    Но сесть не могу одесную
    Сынам Я дать верным Своим,
    Дается то волей небесной».
    Когда же апостолов сонм
    О просьбе узнал неуместной,
    Стал негодовать он при том.
    Сказал им Учитель великий:
    «Привыкли народ угнетать
    Цари и земные владыки.
    Нельзя вам того допускать,
    Но кто в вас быть большим желает,
    Рабом тому надобно быть,
    И властью кто в вас обладает,
    Тот каждому должен служить.
    Явился в края ведь земные
    И Я не за тем, чтобы здесь
    Мне руки служили людския,
    Но чтоб Я, отбросивши спесь,
    Сам отдал Себя на служенье
    В спасенье людей немощных
    И жизнь положил в искупленье
    Великого множества их».
    
    Пришли в Ерихон той порою,
    Когда из него выходил
    Господь, окруженный толпою,
    Слепец при дороге здесь был,
    Прося у людей подаянье,
    А имя ему Вартимей.
    Узнав, что Владыка созданья
    Идет здесь с толпою людей,
    Стал громко взывать он Владыке:
    «О сжалься, Христе, надо мной!»
    Но многие стали те крики
    В толпе запрещать ему той.
    Запретами их не смутившись,
    Сильней он кричать продолжал,
    Господь тогда, остановившись,
    Его привесть приказал.
    Позвали слепого, сказавши:
    «Не бойся! Тебя он зовет».
    И плащ с себя тотчас же снявши,
    Поспешно к Христу он идет.
    Спросил Искупитель слепого:
    «Что нужно тебе от Меня?»
    Ответил на это он слово:
    «Хочу лишь прозретися я».
    И молвил Целитель: «Спасенье
    Ты верой своею обрел».
    И в то же прозрел он мгновенье,
    И с Господом вместе пошел.
    
    
    Глава 11
    
    Приближался Спаситель к горе Елеон,
    Где селенья Виффагья лежат и Вифанья,
    И отправил тогда двух апостолов Он,
    Дав такое избранникам тем приказанье:
    «В то селенье идите, что прямо лежит,
    Вот что тотчас при входе в него вы найдете:
    Необъзженный там осленок стоит,
    Отвязавши его, вы ко Мне приведете.
    Если будут вам люди на то возражать:
    «Что его привести вы хотите безчестно?» -
    То ответ вам такой тогда следует дать:
    «Его требует Сам Повелитель небесный».
    И вам тотчас отпустят осленка того.
    Те пошли, и на улице в этом селенье
    У ворот увидали осла, и его
    Уж отвязывать стали, но в это мгновенье
    Народ, бывший на месте, на то возразил:
    «Зачем свесть вы хотите осленка чужого».
    Отвечали они, как Господь научил,
    И был отдан им скот после этого слова.
    Ко Христу, взяв его, та чета привела,
    Положивши свои на него одеянья,
    И возсел Иисус в те часы на осла,
    И как ехал Господь и Спаситель созданья,
    То одни постилали плащи по пути,
    А другие древесныя ветви срезали
    И бросали там, где Он должен пройти,
    И все сзади и спереди громко кричали:
    «Осанна! Честь достойно Тому воздавать,
    Кто грядет нас спасти силой Бога чудесно,
    И вновь царство Давидово нам возсоздать.
    Осанна Ему даже до выси небесной!»
    И в столицу вошедши, Он храм посетил,
    И все в нем осмотрел, но, как стало смеркаться,
    Он в Вифанью назад на ночлег поспешил,
    Пригласив и двенадцать туда отправляться.
    
    Когда ж утром опять они в город пошли,
    Господь голод почувствовал в эти мгновенья,
    И смоковницу тут Он увидел вдали,
    Было листьями это покрыто растенье.
    Подошел Он к нему, не найдет ли плода,
    Но лишь листья нашел на нем сверх ожиданья,
    Время смоквам еще не приспело тогда,
    И сказал той смоковнице Царь мирозданья:
    «Пусть никто уж твоих не вкушает плодов!»
    А пришедши в столицу, Он в храме явился,
    И из стен его стал изгонять продавцов
    И тот люд, что пред ними для купли толпился,
    Опрокинул при том Он столы у менял
    И скамьи у тех, кто торговал голубями,
    И народу при этом Господь приказал,
    Чтоб никто не входил во храм Божий с вещами,
    И такими словами его вразумлял:
    «Ведь сам Бог поучает в писанье священном:
    «Для молитвы народам Я храм Мой создал», -
    А у вас стал притоном воров он презренным».
    Архиреев и книжников злобная власть
    Погубить Иисуса в то время старалась,
    Но весьма опасалась открыто напасть:
    Населенье Христовым речам изумлялось.
    
    Из столицы ушел Он, как вечер настал.
    Пошли утром обратно, и все усмотрели,
    Что изсохла смоковница та, и сказал,
    Удивясь, Христу Петр: «Посмотри, в самом деле
    Вся засохла смоковница, что Ты проклял».
    «Веру в Бога имейте живую, — на это,
    Поучая апостолов, Он отвечал,
    Если б веры в вас было достаточно света,
    То сказали б вы властно горе тогда сей:
    «Поднимися и ввергнися в море отсюда».
    И сомненья в душе не имели своей,
    В тот же миг вы бы это увидели чудо.
    Так когда о чем станете Бога просить,
    Верьте всею душою своей без сомненья,
    Что просимое даст вам Господь получить,
    И все ваши тогда Он исполнит прошенья.
    И моляся, прощайте всем горечь обид,
    Вам отпустит Всевышний тогда прегрешенья,
    Кто ж собратьям своим их грехов не простит,
    Тем и Бог никогда не подаст разрешенья».
    
    И в столице опять Искупитель предстал,
    И в то время, когда Он ходил там во храме,
    Архиреев, законников, старцев кагал
    Вдруг к Нему обратился с такими словами:
    «Кто тебе полномочье дал это творить?»
    Так на это Он власти сказал предержащей:
    «Хочу вам Я сначала вопрос предложить,
    Если Мне вы дадите ответ надлежащий,
    То и Я вам скажу, кто власть эту Мне дал.
    От людей иль с небес Иоанна крещенье?»
    Сей вопрос получив, сонм лукавый их стал
    Обсуждать, что сказать для его разрешенья.
    Коль ответим, что Богом крещенье дано,
    Скажет Он: «Почему ж вы его не признали?»
    А сказать, что людей измышленье оно,
    Пред народом опасно, ведь все почитали
    Иоанна пророком, и сонм их сказал:
    «Мы не знаем, откуда явилось крещенье».
    «Так и Я не скажу, кто власть эту Мне дал», -
    Им ответил тогда Повелитель творенья.
    
    
    Глава 12
    
    Притчами стал Он им тут говорить:
    «Сад виноградный хозяин развел,
    Крепкой оградой его он обвел,
    Выкопал в нем подточилье, как надо,
    Также и башню построил для сада.
    Сад виноградарям сдал он в наем
    И отлучился надолго потом.
    Но когда время свое наступило
    И получать плоды надо с них было,
    Он к ним отправил раба своего,
    Но те, схвативши, избили его
    И отпустили с пустыми руками.
    Он к ним другого послал теми днями,
    Но оскорбили они и того,
    Голову камнем пробив у него.
    Третьяго к ним он отправил в то время,
    Но его злое убило их племя.
    Так и потом толпа делала их:
    Била одних, убивала других.
    Сын был один у того господина,
    Крепко любил он единого сына,
    И напоследок его он послал.
    Так при том в сердце своем он сказал:
    «Может быть, злобная эта дружина
    Не обезчестит хозяйскаго сына».
    Но как пришел он в родительский сад,
    Те, увидавши его, говорят:
    «Это наследник — убить его надо,
    Будем тогда мы владельцами сада».
    И умертвил его дикий их сонм,
    Из виноградника выбросив вон.
    Как же поступит хозяин именья
    С ними, узнав о таком преступленье?
    Строго воздаст он злодеям лютым,
    А виноградник поручит другим.
    И неужель вы сего не читали:
    «Камень, который негодным признали
    Зодчие злые в безумье своем,
    Стал вдруг опорой, что держит весь дом,
    Сделал Всевышний так волей своей,
    И это дивно для наших очей».
    Власти убить Иисуса старались,
    Ибо тотчас же они догадались,
    Что говорил Он в той притчи об них,
    Но побоялись народа в тот миг.
    
    И фарисеев к Нему подослали,
    С иродианами, чтобы поймали
    Господа на слове с хитростью злой,
    И, приступив к Иисусу толпой,
    Начали те говорить Ему льстиво:
    «Всех ты, Наставник, нас учишь правдиво,
    Лицеприятья презрев срамоту,
    Истины любишь Ты лишь чистоту,
    Так научи нас, сколь допустимо
    Дани уплачивать Кесарю Рима,
    Должно ль давать ему их, или нет?»
    Дал Он на это такой им ответ:
    «Вы уловить Меня только хотите,
    Впрочем, динарий сюда принесите.
    Как увидал ту монету Христос,
    То предложил лицемерам вопрос:
    «Чей это образ и чье надписанье?»
    «Кесарев», — их отвечало собранье.
    «Кесарю следует то возвращать,
    Что от себя он велел вам послать,
    Так же, как должно Царю мирозданья
    Свято Его воздавать достоянье», -
    Так им сказал Искупитель земли,
    И, удивясь, от него те ушли.
    
    Тут садукеев явилось собранье,
    Тех, что умерших не верят в возстанье.
    С речью они обратились такой:
    «Нам Моисей заповедал святой:
    Если бездетным мужчине случится
    Жизнь свою кончить, то должен жениться
    Брат на вдове его, чтобы он с ней
    Прижил для брата родного детей.
    Жило семь братьев былою порою,
    Умер бездетным один, и с вдовою
    Брак по закону другой заключил,
    Умер бездетным и этот, вступил
    Третий в сожитье с злосчастной вдовою,
    И так все семеро с женщиной тою
    В браки обязаны были вступить.
    И нам желательно было бы знать,
    Чьею супругою быть ей придется,
    Как воскресение мертвых начнется,
    Семеро было у ней ведь мужей».
    В опровержение этих речей
    Дал им такое Господь наставленье:
    «Впали в глубокое вы заблужденье,
    Смысла писаний святых не поняв,
    Силы великой небес не поняв.
    Те, кто из мертвых чудесно возстанут,
    В браки вступать уже больше не станут,
    Божиих ангелов лику они
    Будут подобны в те светлые дни.
    А что настанет умерших возстанье,
    И Моисей дал на то указанье,
    В книге его ведь Создатель миров
    Богом Себя называет отцов,
    Но Бог ужель мертвецов Повелитель,
    Нет, Он живых всемогущий властитель».
    
    Книжник один этот спор наблюдал,
    И когда слово Христа услыхал,
    В мудрости чуткой Его убедился
    И сам с вопросом к Нему обратился:
    «Что самым главным в законе считать,
    Прежде всего потому соблюдать?»
    Так ему молвил на это Спаситель:
    «Бог нам един есть Господь и Властитель,
    Так возлюби Его всею душой,
    Всех человеческих сил полнотой,
    Вот наивысшая заповедь Бога.
    С ней заодно соблюдать должно строго
    Заповедь эту: собратьев своих
    Должно любить, как себя вам самих.
    Выше всего два веления эти,
    Нет ничего их важнее на свете».
    Книжник на это Христу отвечал:
    «Правильно Ты нам, Учитель, сказал,
    Только Творец есть Господь безпредельный
    И чтить душою Его безраздельной,
    И как себя любить братьев своих,
    Выше всех жертв и обрядов других».
    Книжнику молвил Спаситель на это:
    «Ты не далеко от истины света».
    
    Больше никто уж Христа не дерзал
    Спрашивать после. Тогда Он сказал,
    В храме народ поучая в то время:
    «Как говорит вам ученое племя,
    Что сын Давида грядущий есть царь?
    Сам ведь Давид говорил о Нем встарь:
    «Молвил Господь моему Господину:
    «Знай, Я Тебя никогда не покину,
    Ты одесную Меня возседать
    Будешь до дней, как безумную рать
    Злых Я врагов сокрушу за безбожье
    И обращу для Тебя их в подножье».
    Если б Давид Христа сыном считал,
    То б Господином Его не назвал».
    И все внимали Христу с услажденьем,
    Он же с таким обратился ученьем:
    «Остерегайтеся книжных людей,
    Тех, что кичатся длиною плащей
    И сесть на первом стараются месте,
    С жадностью ищут приветов и чести,
    Долго молитвы для виду творят,
    Чтоб лишь найти почитателей ряд,
    Хитро вдовиц поедают именья,
    Горшее ждет их за то осужденье».
    
    Сел Он потом у казны храмовой
    И наблюдал, когда тою порой
    Деньги в нее посетители клали.
    Видел Он, как богачи опускали
    Денег помногу в Господню казну.
    Также заметил вдову Он одну,
    Что две лепты лишь от жизни убогой
    В дар положила для Господа Бога.
    Учеников Он тогда подозвал
    И назиданье такое сказал:
    «Более всех положила вдова та,
    Только избыток народ клал богатый,
    А она Господу все отдала,
    Чем свою жизнь поддержать бы могла».
    
    
    
    Глава 13
    
    Когда же Спаситель из храма святого
    С семьею апостолов стал выходить,
    Сказал из них некто такое вдруг слово:
    «Вниманье, Учитель, изволь обратить,
    Какие здесь камни, какие строенья».
    Но Он, умеряя восторги его,
    Всем грозное молвил тогда предреченье:
    «Настанет то время, когда ничего
    От них не останется, будет врагами
    Все это дотла сметено во дни те».
    И на Елеоне Он с учениками
    Присел. Перед ними во всей красоте
    Храм Божий сиял, и сыны Заведея
    С Петром и Андреем спросили Его:
    «Когда же все это разрушат злодеи
    И признаки есть ли событья того?»
    ……….
    
    Но в это самое мгновенье
    Петух вторично прокричал,
    И вдруг он вспомнил предреченье,
    И тотчас горько плакать стал.
    
    
    Глава 15
    
    Как только утро наступило,
    Совет собрался их опять,
    И власть Спасителя решила
    Связав, к Пилату отослать.
    «Скажи, Ты — царь ли иудеев? -
    Правитель Господа спросил, -
    Такой донос от архиреев
    Твоих сейчас я получил».
    «Я, верно, Царь», — сказал Спаситель.
    Синедрион же продолжал
    Его винить, тогда правитель
    Христу молчавшему сказал:
    «Что ж Ты на эти показанья
    Не отвечаешь им?» Но Он
    Хранил по-прежнему молчанье,
    И был правитель изумлен.
    
    Но ради праздника святого
    Он из тюрьмы освобождал
    Того из узников, кого
    Народ сам выпустить желал.
    Варавва некто в заключенье
    Тогда с своею шайкой был,
    Он с ней во время возмущенья
    Смертоубийство совершил.
    Уж пред Пилатом чернь кричала,
    Прося настойчиво того,
    Что во все годы получала
    Она обычно от него.
    И вышел он к толпе народной
    И, предлагая, говорил:
    «Коль это было б вам угодно,
    Я вам Христа бы отпустил».
    Была правителю известна
    Архиереев клевета,
    Разстроить замысл их безчестный
    Хотел он, чтоб спасти Христа.
    Но безразсудному народу
    Синедрион уже внушил,
    Чтоб у правителя свободу
    Он для Вараввы испросил.
    «Что ж делать мне с Христом?» — народ
    Правитель мнения спросил.
    «Да распят будет!» — от их сброда
    В ответ себе он получил.
    «Не сделал зла он никакого», -
    Народ правитель вразумлял,
    Но крик неистовый лишь снова
    «Да распят будет!» услыхал.
    И вот толпе он той в угоду,
    Дабы ея не раздражать,
    Решил Варавве дать свободу,
    Христа же бить, потом распять.
    
    И собрался для поруганья
    Над ним весь воинов отряд,
    Совлек с Христа он одеянья,
    Надел пурпуровый наряд.
    Венец терновый возложили
    Ему на голову потом
    И те приветствия говорили,
    Что возглашают пред царем.
    В лице плевали, тростью били
    По голове со смехом злым
    И поклонения творили,
    Пав на колени перед Ним.
    И, прекративши поруганье,
    С него тот пурпур совлекли,
    Его надели одеянья
    И на распятье повлекли.
    И повстречался некто Симон
    Отряду воинов в пути,
    И силой был захвачен им он,
    Чтоб крест Спасителя нести.
    Пришли на место, называли
    Его Голгофой, здесь Христу
    Вино со смирной предлагали,
    Но не хотел пить смесь Он ту.
    Был третий час, и пригвоздили
    Царя создания всего,
    И, жребий бросив, разделили
    Тут одеяния Его.
    И надпись над крестом прибили
    С обозначением вины,
    И письмена те так гласили:
    «Царь иудейской Он страны».
    С Христом злодеев двух распяли,
    Повесив справа одного,
    Другого — слева, точно знали
    Слова писания сего:
    «И был к злодеям Он причтен».
    Мимо идущие хулили
    Христа, кивая головой,
    «Ведь Ты, — глумяся, говорили, -
    Хотел разрушить храм святой
    И в третий день воздвигнуть новый.
    Что ж со креста Ты не сойдешь?»
    Здесь были и враги Христовы
    И, как толпа, глумились тож:
    «Спасал других людей Он много,
    Так что ж себя-то не спасет?
    И если Он — Христос, Сын Бога.
    Так пусть с креста теперь сойдет,
    И стали б веровать в Него,
    Мы как в Мессию своего», -
    Так говорили архиреи
    Друг другу около креста.
    Глумились так же и злодеи
    Вблизи висевшего Христа.
    
    Был час шестой, и над страною
    Вдруг повсеместно тьма легла,
    Она покрыта этой тьмою
    До девяти часов была.
    В девятый час Господь распятый
    Вдруг громогласно возопил:
    «О, Боже Мой! Что от Меня Ты
    В час скорби тяжкой отступил?»
    Но не поняв Господня слова,
    Иные думали, что Он
    Зовет к Себе Илью святого.
    А некто, слыша этот стон,
    Бежит, поспешно насыщает
    Всю губку уксусом и пить
    Устам Христовым предлагает,
    Сказав: «Постойте, может быть,
    Снять Илия Его придет».
    Но Он воскликнул вновь устами
    И предал Господу Свой дух,
    И сверху до низу во храме
    Разорвалась завеса вдруг.
    А сотник, видя те мгновенья,
    Как Он предсмертный вопль издал,
    Не мог сокрыть благоговенья
    И окружающим сказал:
    «Сын Божий истинно Он был!»
    И женщин сонм Его кончину
    Издалека мог наблюдать.
    Из этих женщин Магдалину
    Во-первых должно указать,
    Была здесь также Соломия,
    И мать Иакова Мария.
    Как жил Спаситель в Галилее,
    Они, служа, ходили с Ним,
    Пришли и в страны Иудеи,
    С Ним восходя в Ерусалим.
    
    Был поздний вечер, и еврейской
    Субботы отдых близок был,
    Иосиф, муж аримафейский,
    Тогда к Пилату поспешил.
    Он чтил Учителя Святого
    И чаял царствия Христова.
    Муж был он знатный и богатый,
    В синедрионе состоял,
    И смело он, войдя в палаты,
    Очам правителя предстал,
    И дать ему для погребенья
    Христово тело попросил,
    Но тот заметил в удивленье:
    «Ужель Он дух уж испустил?»
    Позвал тут сотника правитель
    И как из слов его узнал,
    Что кончил жизнь уже Спаситель,
    Так труп просителю отдал.
    Купил Иосиф плащаницу
    И ею прах святой обвил,
    И, положив его в гробницу,
    Тяжелый камень привалил.
    И мать Иакова Мария
    И Магдалина были тут,
    Смотрели обе, где святые
    Останки Господа кладут.
    
    
    Глава 16
    
    Весь субботы чин старинный
    Справив набожной душой,
    Саломия с Магдалиной
    И с Мариею другой,
    Приготовив ароматы,
    Честь воздать тому пошли,
    Кто лежал в гробу распятый
    Во спасение земли.
    Утром в первый день седьмицы
    Солнце лишь блеснуло чуть,
    Как Господни ученицы
    К гробу кончили свой путь.
    Думой были не веселой
    Жены заняты в пути:
    «Кто же камень нам тяжелый
    Сдвинет, чтобы в гроб войти?»
    Но, приблизившись к пещере,
    С удивлением глядят:
    Камень тот от гробной двери
    Чьей-то уж рукой отнят.
    И вошли с недоуменьем
    В погребальный склеп они,
    Но, объяты изумленьем,
    Видят: в правой стороне
    Юный, в ризе белоснежной
    Вестник Господа сидит
    И устами кротко, нежно,
    Слышат, так им говорит:
    «Не страшитесь, здесь Христа вы
    Скорбной ищете душой,
    Но возстав в сиянье славы,
    Отошел Он в мир иной,
    И вот место опустело,
    Где Его лежало тело.
    Так идите же скорее
    Возвестить ученикам,
    Что Он ждет их в Галилее,
    Все Его увидят там,
    Сам о том Он говорил,
    Как еще здесь с вами жил».
    И поспешно ученицы
    Побежали от гробницы,
    Страх безмерный в те мгновенья
    Пал на чтительниц Христа,
    И от ужаса виденья
    Онемели их уста.
    
    Утром в первый день седьмицы,
    Как Христос Господь возстал
    И, оставив мрак гробницы,
    Светом вечным возсиял, —
    Магдалине Он Марии
    Показал Себя впервые, -
    Свет увидеть воскресенья
    Удостоил Царь веков
    Ту, которой дал спасенье
    От семи лютых бесов.
    Поспешила Магдалина
    И собратиям принесть
    О возстанье Властелина
    Неожиданную весть.
    Но они тогда кручины
    Злым внушеньям поддались
    И к разсказу Магдалины
    С недоверьем отнеслись.
    Два из них в одно селенье
    В тот день путь держали свой,
    И явился Царь Творенья
    Им, принявши вид другой.
    Братьям тотчас о виденье
    Сообщить они пошли,
    Но они их уверенья
    За мечтанья лишь сочли.
    Наконец Благословенный
    И к апостолам пришел
    В тот час, как они смиренно
    Свой держали скромный стол.
    За неверье Царь созданья
    Сонм их строго упрекал,
    Что все вести о возстанье
    Он упорно отвергал.
    Дал потом он им веленье:
    «Всем творениям Моим
    Возвещайте свет спасенья
    Словом мощным и живым.
    Кто, уверовав, крестится -
    Мир небесный обретет,
    Кто ж ко Мне не обратится -
    Осужденью подпадет.
    И даров Я величавых
    Много дам сынам своим:
    Изгонять духов лукавых
    Будут именем Моим.
    Речью новой, небывалой
    Их язык заговорит,
    Яды ль злые, змей ли жала -
    Им ничто не повредит,
    На больных возложат руки
    И избавят их от муки».
    И, окончив речь святую,
    Он вознесся к небесам,
    Возседает одесную
    Вседержителя Он там.
    А они, Его веленье
    Исполняя, в мир пошли,
    Благодать Его ученья
    Всем народам понесли.
    Бог же воинство Христово
    Непрестанно подкреплял,
    Свет евангельского слова
    Чудесами подтверждал.
    29 апреля 1932 год